Сколько стоит любовь?

Кэкстон, очевидно, приняв решение, бросился за ней.

Девушка повернулась и бросилась бежать.

Кэкстон уже нагонял ее. Сердце колотилось все сильнее, воздуха не хватало, легкие горели, но впереди уже мерцал слабый свет, там кончались заросли и начинался луг. На опушке была привязана ее лошадь.

Тяжелые сапоги Кэкстона с силой стучали по земле всего в нескольких шагах от нее.

Отчаявшаяся девушка вырвалась из тени деревьев и, задыхаясь, метнулась к лошади.

И тут что-то ударило ее по затылку.

Она упала как подкошенная.

Едва успев схватить ночного посетителя, Диллон сразу понял, кто перед ним.

Она отчаянно отбивалась и почти уже вырвалась из его ослабевающих рук.

Диллон выругался и усилил хватку, и они повалились на землю. Он приземлился сверху.

На какой-то миг оба едва не потеряли сознание от удара, но она, словно дикая кошка, стала яростно извиваться под ним, метя в лицо острыми ногтями.

Он схватил ее руки и едва успел сжать запястья.

Она осыпала его гэльскими проклятиями.

– Лежи смирно, черт бы тебя побрал!

Но она ничего не желала слушать. До него доносились ее прерывистое дыхание, всхлипы, стоны…

Диллон безжалостно применил силу, прижав ее руки к земле и придавив ее всем телом, чтобы усмирить.

Это было роковой ошибкой: ощущать каждое движение ее гибкого тела, каждую ласку женственных, греховно соблазнительных изгибов оказалось выше его сил.

Его тело отреагировало мгновенно и болезненно.

– Ради Господа Бога, – процедил он. – Если не хотите, чтобы я взял вас здесь и сейчас, лежите смирно!

Это наконец дошло до нее. Она застыла.

Он выжидал, но она оставалась неподвижной. Оцепеневшей.

Они лежали на открытом пространстве, и, хотя почти соприкасались носами, было слишком темно, чтобы разглядеть выражение лиц друг друга.

Он изо всех сил старался не смотреть на ее губы и тем более грудь, все еще вздымавшуюся, непрерывно касавшуюся его груди.

Откинув голову, она выкрикнула очередной гэльский эпитет и напряглась, но не пыталась его сбросить.

– Именно так вы развлекаетесь? Гоняетесь за дамами по лесу? – презрительно проговорила она, но в голосе слышались панические нотки.

Диллон нахмурился, продолжая смотреть в широко распахнутые глаза.