Единственная

Как только пламя заполыхало, он закрыл дверцу и поднялся. Пенни дотянулась до конфорки, поставила котелок и поместила рядом чайник, в который насыпала сухого чаю. Повернувшись к столу, он увидел чашки и блюдца, а также тарелку с миндальными пирожными миссис Слаттери, которые Пенелопа успела принести из буфетной. Очевидно, она куда лучше Чарлза знала, где что лежит.

Приготовив все, она уселась на стул на торце стола. Миссис Слаттери, главная кухарка и экономка Эбби, никогда не позволила бы Пенелопе так хозяйничать, а это означало, что подобные вылазки в ночные часы, когда дом спит, для нее не- редки.

Она поставила его чашку и блюдце на противоположный конец стола. Пирожные и единственный подсвечник помещались на середине. Приходилось тянуться, чтобы достать лакомство, но так захотела Пенни, поэтому Чарлз без возражений устроился на предназначенном ему месте. Здесь, на кухне, где не было сквозняков, пламя свечи почти не колебалось, и Чарлз добился желаемого: увидел ее лицо.

Она откусила кусочек пирожного и с улыбкой вскинула брови:

– Итак, почему ты здесь?

Откинувшись на спинку стула, противясь соблазну съесть пирожное, он снова стал изучать Пенелопу.

– Мой бывший командир попросил меня как следует оглядеться здесь.

И что теперь?

Он видел молчаливый вопрос в серо-голубых глазах, но мог только гадать, почему она так осторожна.

– Твой командир… – Пенелопа поколебалась, прежде чем выпалить: – А в каких войсках ты служил, Чарлз?

Правду знали очень немногие.

– Не в армии и не на флоте.

– В каком же полку?

– Теоретически – в одном из гвардейских.

– А на самом деле?

Если он не откроется, она не поймет остального.

Пенелопа нахмурилась.

– Где ты был все эти годы?

– В Тулузе.

Она озабоченно свела брови.

– У родственников матери?

Чарлз покачал головой:

– Они из Ланде. Примерно на таком же расстоянии, только к югу. Так что моя смуглая кожа и акцент были вполне приемлемы.

Она, кажется, начинала что-то понимать. Глаза затуманились, лицо стало задумчивым, но она тут же опомнилась и возмущенно воскликнула:

– Значит, ты был шпионом?!

Он давно привык к подобному отношению и поэтому даже глазом не моргнул.

– Неофициальным агентом правительства его величества.

Котелок выбрал именно этот момент, чтобы закипеть.