Мистикал. Том 1. Пробуждение магии

У Ханы есть настоящая суперспособность: она может говорить даже с растениями (в буквальном смысле). Однажды она болтала с фикусом в очереди в поликлинике, и только десять минут спустя поняла, что по ту сторону никого нет. Ладно, допустим, что Ирис и Луна не самые разговорчивые девчонки, но… они выбрались на природу с классом! И кто вообще спит в школьных поездках?

Что-то подсказывает Хане, что звездопад – отличный повод начать хоть какой-то разговор. То ли это инстинкт, то ли воспоминание о Луне, рассказывающей в автобусе о метеоритах и астероидах, то ли ее пижама, украшенная яркими созвездиями, отражающимися в свете экрана Ирис, кто знает…

Поэтому Хана решает сосредоточить свое внимание на Луне, игнорируя невнятные призывы к тишине, которые Мариан шепотом бросает каждый раз, проходя мимо их палатки.

– Оказывается, падающие звезды на самом деле не звезды, ты знала об этом, Ирис? – спрашивает Хана и подталкивает подругу локтем, чтобы та подыграла, отчего ее спальный мешок слегка поскрипывает.

– А, правда?

«Актриса из нее ужасная», – думает Хана. «Жаль, что она не пошла со мной в театральный кружок, сейчас бы это пригодилось».

– Ага, представь! Это… обломки астероидов, которые… ну… Луна, как там ты говорила? Ты лучше объяснишь.

Ответ Луны предельно лаконичен – она перекатывается на другой бок в своем спальном мешке, демонстративно отвернувшись.

– Хана, отстань от нее, пусть спит, – шепчет Ирис и наконец-то выключает телефон.

И тут Хана замечает светящийся экран в руках Луны.

– С кем ты говоришь?

– Тебе какое дело?

– Просто интересно.

– Ни с кем, – Луна резко обрывает разговор, и по ее тону ясно, что продолжения диалога быть не может.

Да и сама Хана не осмеливается задавать еще вопросы. Она даже начинает сомневаться в своей суперсиле.

Тишина опускается на палатку, и теперь снаружи слышны все шорохи и скрипы.

Как только Хана решает высвободиться из спальника, надеясь подглядеть, что же именно там происходит, Луна поворачивается и шепчет:

– Вы еще не спите?

Внутренний голос велит Хане промолчать, и она всегда его слушается.