Девочка-дракон с шоколадным сердцем

Каждый раз, представляя себе их сладкий сон, я рычала… просто потому, что рычание – лучше, чем стон.

Никогда в жизни я не чувствовала себя такой маленькой и жалкой.

Никогда прежде я не теряла свою семью.

К тому времени, когда солнце наконец начало всходить, я ослабла и устала от своих мучений. Накануне вечером я была занята тем, что бросала в отвесную скалу камни – целую сотню, – пока жилистые человеческие мышцы не сковала жгучая боль. Потом в течение нескольких часов из моих крошечных глаз текли странные влажные капли, а я лежала, съёжившись, на холодной земле, поддавшись слабости в темноте, где никто не видел моего унижения.

Я была на грани. Больше никогда! У меня уже защипало в глазах, и, зажмурившись, я уронила последнюю каплю жгучей влаги. Затем яростным рывком встала с земли. Какой дракон свернётся калачиком и сдастся просто потому, что ему слегка не повезло? Мои родные не верили, что я смогу выжить одна, но я докажу им обратное. Я всем покажу – и даже этому обманщику, пищевому магу, – какая я на самом деле сильная.

Спустившись с горы, я пошла по широкой грязной дороге, которая пересекала зеленые, поросшие лесом подножия холмов, как вдруг услышала за спиной топот копыт. К этому времени мои босые ступни были так изранены, что каждый шаг отдавался болью, и чтобы идти, приходилось напрягать каждый мускул.

Но, едва услышав, как два голоса весело слились в песне, я невольно сжалась.

Только бы не снова эта песня о петляющей дороге! До сих пор она приносила мне одни неудачи!

Хуже того, теперь, когда я разобрала больше слов, оказалось, что новая песня еще бессмысленнее, чем рифма, которую напевал пищевой маг.

«Потому что настоящих друзей ничто, ничто не разлучит, и настоящую любовь ничто не разобьёт, если она…»

Неужели? Где-то в глубине моего человеческого горла нарастало рычание.

Топот копыт и нестройное пение приближались, и я обернулась посмотреть, кто же там едет.

Ох! У меня засосало под ложечкой, а желудок заурчал громче прежнего. Копытами стучала большая белая лошадь, при взгляде на которую мой рот наполнился слюной.