Сломленный

Что подумают воины, которых вы ведёте не на жизнь, а на верную смерть?

– А что ты сам думаешь обо мне? – Марко уставился на него в ожидании ответа.

– К чему этот вопрос? – не понимая сущности им же начатого разговора, спросил Тит.

– Мы друзья, верно? Так если оно так, что же обращаешься со мной как подчинённый, а не близкий друг? – вопрос был довольно диким.

– Не знаю, с чего взялась эта мысль, но отвечать я не намерен. Вы понимаете, какой у вас авторитет? Твоя доброта ко всякому сброду делает только хуже, – незаметно он перешёл на «ты».

– Он будет на этом судне до тех пор, пока я не прикажу ему сойти, что также касается и тебя, и каждого на этом борту, – довольно сердито ответил Марко. – Ступай, отправь письмо генералу Фридриху. Спроси, через какое время они выйдут из порта Хеор.

Можно ли сказать, что отношение Тита к Марко было сугубо деловым? Скорее всего, да. На первом месте всегда стояла лишь цель, и про дружбу меж ними никто не ведал.

На следующее утро с похмелья Витей поднялся на мостик, где уже стояли Тит и Марко. Надвигался туман, что осложняло и без того нелегкий путь.

– Долго ещё плыть на эту Богом забытую землю? – хрипло спросил с бодуна.

– Через несколько часов высаживаемся в Миклтоне, – нехотя ответил Тит, так как Марко держал молчание.

– Три часа?! – вскликнул Витей. – Быстрее можно?

– Нет. Король Альта должен выделить несколько кораблей для усиления военно-морской мощи. Перестань ворчать и займись делом, – бережно обращаясь со штурвалом, промолвил Марко.

Пробираясь сквозь густой туман в течение следующих трёх часов, Витей не нашёл больше дела, как играть в кости с членами команды. И стоило признать его мастерство: за всё время ни одно проигрыша. Вскоре впереди засияли первые лучи солнца, которые пробивались сквозь густой туман, и где-то там, вдалеке, виднелся церковный купол из чистого золота.

– Готовьтесь, скоро будем сходить. Остановка недолгая, к вечеру отплываем. Не напивайтесь там и будьте готовы к любому раскладу! Здесь нам не очень рады, – раздавая указания команде, генерал накидывал плащ чёрного цвета поверх белой рубахи.

– Добро пожаловать! – с берега кричал маленький непонятный мужчина.