Пепел на венце

– Чего вы на меня так таращитесь? Я не кусаюсь, и вам того делать не советую. Никто вас не тронет. Оружием не тронет, – тут же поправил сам себя начальник казармы. – В результате короткого, кхм, переворота вы переходите в собственность светлейшего императора Нардарии Эстерида Пятого. И его преданных воинов.

Не знаю, обрадовала ли неожиданная новость невольниц, но они, не прерывая своего молчания, чуть отстранились друг от друга, а некоторые встали и послушно склонили головы.

– Друзья мои, – повернулся к нам командир и развел руки в стороны, – а ну несите сюда выпивку, отметим победу, как следует! И трупы – уберите подальше дохляков.

– Что с девками? – несколько голосов и куча жадных глаз.

Эстель смотрел на живой товар исподлобья, но зарождающуюся улыбку скрыть не смог.

– Парочку совсем молоденьких заприте в пристройках. Нет, привяжите их снаружи у костра. Я лично позабочусь об их безопасности. Ох, чистые, нетронутые птички. Это будет мой подарок коменданту. Разбирайте остальных, та белокожая – моя.

Щедрость предводителя повлияла на поведение его подчиненных самым радикальным образом. До этого, в силу ли личных качеств Эстеля или недостаточной подготовки команды, собранной наспех, ему приходилось постоянно объяснять все по нескольку раз и личным примером показывать, как сделать лучше. Теперь все его приказы выполнялись моментально. Куда сложить трупы? Да какая разница – отнесем в овраг у леса. Разделять ли своих и чужих? Еще чего, божий суд один для всех.

Самодисциплина – отличная штука. Пока командир забавляется с невольницами, другие жаждут закончить дела поскорее, чтобы к нему присоединиться. Их трудно упрекнуть. Правда, Эстелю придется постараться, чтобы никто никого не прирезал, ведь девушек осталось всего пять, а вина, фруктов и сухарей оказалось в достатке.

Мне не очень понравилась идея ждать своей очереди, чтобы предаться разврату. Мне вообще ничего не нравилось из происходящего здесь. Проглотив несколько свежих плодов, я покинул шатер.

Я бы поспорил даже с изобретателем песочных часов, что полночь уже миновала. Луна не растеряла ни капли своей силы, но я буквально ощущал, как уплывают в небытие бесценные минуты. Время предательски ускользало. Никакой радости от победы, не хотелось даже девичьих ласк.