Пепел на венце

Моряки на палубе даже не пытались помочь бедолаге: хохотали, тыкали пальцами и отпускали неуместные шуточки.

– Не на палубу – и то хорошо, – разрядил обстановку Жан Батист. Он спустился со скрипучих шканцев, подошел ко мне и произнес:

– А ты, гляжу, привычен к морским путешествиям.

– Довелось прогуляться по всем возможным поверхностям, – я отвечал непринужденно, ничем не выказывая нежелание продолжать разговор. Даже рад был, на самом деле, отложить неприятные воспоминания о Скалистом Крае.

Мои слова, казалось, устроили капитана, поскольку он начал интересоваться о другом.

– Говорят, ты с вольного города. А с какого, если не секрет?

– Ярв.

Жан Батист присвистнул.

– Далеко же тебя ноги занесли.

Я промолчал о том, что носят меня ноги по разным странам уже очень давно. Лишь кивнул с улыбкой и сказал:

– Профессия воина везде востребована. И торгаша тоже. Старик не говорил, откуда ты родом, но я не вижу в тебе нардарца или жителя островов. Уж прости, коли ошибаюсь.

Жан Батист преобразился на глазах.

В том смысле, что стал гораздо веселее.

– Я вообще-то из южных провинций Гелетии. Слышал, наверное, про тамошние театры, школы поэзии и виноградники. А уж какие там девицы! Вспоминаю, и хочется плакать. Даже сегодня сон снился: поглаживаю я напудренную красавицу по бедру, скольжу выше, выше. Вот оно – средоточие страсти. И черт меня дернул голову поднять. Вместо прежнего милого личика – кривая морда старого рулевого. Такие вот коварные сны.

– И ты добровольно избрал жизнь на чужбине?

– Абсолютно, можешь мне верить.

Скучать по милым ухоженным дамам – это одно, а воплотить мечту о покорении моря – совсем иное. Да и чужбина перестала быть таковой уже давненько. Знаешь, жители Кандлиге не любят чужаков. Я стал для них своим в доску. Они считали, что женщина на корабле – к несчастью. Глядя на мои успехи, засомневались.

– Какая женщина? – удивился я. В команде Жана Батиста состояли лишь ребята разной степени суровости.

– Которая сейчас грабит корабли где-то у восточных княжеств.

Выбрала другой путь и другого капитана. Такие дела. Говорила, что любит меня, но соленый ветер любила больше. Из-за этого все и бросила.

– Ничего, другую найдешь. Мало ли отвязных девиц на свете?

– Такую – вряд ли.

– Тогда, наверное, лучшим выходом будет выследить корабль того капитана, захватить его и взять свою избранницу силой, – я заулыбался. – Подержишь ее недельку-другую в кандалах…

– Нет, я против рабства.