Жертва без лица

Он ее там не видел, но, с другой стороны, он просто проехал мимо, взглянув лишь мельком.

Мортен Стенструп вышел из магазина и направился к мужчине, который по-прежнему сидел на корточках возле «Пежо», повернувшись к нему спиной. Подойдя ближе, он увидел, как мужчина закручивает колесные гайки гаечным ключом. При этом, казалось, он не обращал на присутствие Мортена никакого внимания.

– Извините. Могу я попросить вас встать? Расставьте ноги и поднимите руки над головой.

От мужчины по-прежнему не последовало никакой реакции, он беззаботно закручивал следующую гайку.

Он что, глухой? Или не понимает, что говорят?

– Эй! Это полиция! Я хочу, чтобы вы немедленно встали! – сказал Мортен, попытавшись воспроизвести шведское произношение, которое слышал по телевизору. Он подошел к мужчине почти вплотную и смог заглянуть в салон. Там было пусто, Метте Луизе не было.

Три раза за свою почти двадцатилетнюю службу Мортен Стенструп вынимал пистолет, снимал его с предохранителя и целился в другого человека.

Один раз он произвел выстрел. Человек находился под воздействием наркотиков и угрожал ножом, и Мортен выстрелил ему в ногу и связал руки за спиной. Полностью согласно правилам.

Этот раз будет четвертым.

Само движение въелось ему в спинной мозг, он бесчисленное количество раз отрабатывал его дома перед зеркалом. Отвести правую руку назад вдоль бедра и открыть кобуру, не теряя из виду человека перед собой. Пистолет беспрепятственно скользнул вверх, и он смог левой рукой снять его с предохранителя.

– Это полиция! Приказываю тебе встать! Прямо сейчас! – закричал он по-английски.

Дальше все произошло так быстро, что он потом с трудом мог вспомнить точный ход событий.

Мужчина быстро встал, одновременно обернувшись в пол-оборота и вытянув правую руку вперед. Мортен Стенструп понял, что произошло, только услышав треск в правом ухе, – его со всего размаха ударили гаечным ключом. В глазах потемнело, и его пронзила пульсирующая боль, сопровождающаяся высоким резким звуком.

За мгновение до того, как его голова коснулась асфальта, его потрясла мысль о том, что он больше никогда не сможет насладиться «Временами года» в стерео.

Сильный шум в ухе не стихал, и он слышал собственный пульс. Значит, он все еще жив. Он дотронулся до уха рукой. Оно было мокрым и липким. Зрение медленно возвращалось, но только через несколько секунд он убедился, что видит на самом деле. Все было повернуто под углом в девяносто градусов.