Девочка, которую нельзя. Книга 3

Ну конечно! Игнат просто использовал меня чтобы вычислить это место! И хотя шрамирование выпросила я сама, но началась-то моя «шиза» с его ярких рассказов о том, как это бывает и как это умеет делать он сам! Так сама ли я захотела? Или это тоже была его тихая, исподволь, игра, нацеленная на то, чтобы убедить меня в том, что нужно ему, причём так, что я и не догадалась бы, если бы не…

Паника поднялась нешуточная. Словно муравьи, растревоженные потопом, суетливо замельтешили белые халаты и даже пару раз промелькнули костюмы полной биологической защиты, говорящие о том, что в этом месте есть лаборатории куда серьёзнее тех, где побывала я…

Однако и закончилось всё так же быстро.

Из диагностики у них тут оказался лишь переносной маломощный рентген, больше похожий на те, что используются в ветеринарных клиниках, и аппарат УЗИ. Наверняка псевдоаристократ с удовольствием запихнул бы меня в тотальный томограф, но уж такова плата за изолированную укромность лаборатории, что сюда при всём желании не протиснешь ничего громоздкого.

УЗИ показало, что ни в плече, ни в «крыле» нет ничего инородного.

– Мягкие ткани абсолютно чистые, даже признаков имплантов нет, видишь? – указывал пальцем в экран диагност. – Суставы тоже в норме. – Потом он проверил крыло, особенно тщательно рассматривая его рельефное основание над лопаткой. – Здесь тоже. А тут… – небрежно скользнул датчиком ниже, к растворившимся «недорисованным» пёрышкам, – ну тут вообще просто поверхностные царапины, даже смотреть нечего.

Садистка сидела напротив, сцепив руки на груди и нервно постукивая каблуком по ножке стула. Задумчиво хмурилась.

– Ну допустим. Тогда зачем он вообще сделал это с тобой?

– Потому что он извращенец, помешанный на шрамах, – хрипло повторила я слова своего самого первого конвоира. В горле стоял ком, в груди расползалось удушающее разочарование. – Об этом все знают. Все… кроме вонючих червей из подземелья.

В ответ получила удар по лицу, и меня снова перевели в другое помещение со множеством шкафчиков и белыми кафельными стенами.

Нет никакого датчика. А значит, и никакого сверхважного умысла отдать меня этому психованному аристократу, кроме как получить от него взамен моего отца.