Мотив Х

Что будет дальше? Погладит ее по голове и попросит принести кофе? Она сделала над собой усилие, чтобы не поддаться желанию развернуться и залепить ему пощечину.

– Ты можешь быть абсолютно спокоен, – сказала она вместо этого, не отрывая взгляда от монитора, хотя в данный момент ничего не видела. – Я обещаю, что дам вам знать, когда найду его.

Лучше всего было не заморачиваться, пустить все на самотек и продолжать делать свою работу. Что бы он ни говорил и как бы ни старался играть роль босса, она не собиралась сдаваться, пока не найдет человека с надменной улыбкой.

Она только что закончила с поездом, который прибыл вчера утром в 07:16 из Осторпа, и теперь изучала пассажиров, сошедших с поезда в 07:33 из Хельсингборга.

– Время идет…

– Да, я знаю сколько времени, если тебя это интересует.

Он явно не думал сдаваться.

– Не будь такой обидчивой. Нравится тебе это или нет, но ответственность теперь лежит на мне. И я думаю, тебе пора начать искать что-то другое.

– Что другое? – Черт, теперь ей пришлось поставить записи на паузу.

– А что, по-твоему, я делаю? И Ингвар. – Утес кивнул в сторону Муландера, который тоже сидел и смотрел на экран, где воспроизводилась запись с камер наблюдения. – Но работа настолько обширна, что я считаю, ты тоже должна подключиться.

Тувессон не было всего несколько часов, а она уже скучала по ней. И по Фабиану, почему он не может быть здесь? По крайней мере, у Утеса был бы еще кто-то, кого можно доставать.

– Утес, – начала она и сразу почувствовала, как раздражение просачивается сквозь ее попытку улыбнуться. – Я помогу вам, как только найду его, выясню, каким поездом он прибыл, запрошу записи с камер наблюдения с этого поезда, увижу, где он сел, выясню, какие там есть камеры наблюдения и всю необходимую информацию, чтобы мы могли его арестовать. Тогда я обещаю начать искать «что-то другое».

Утес вздохнул так тяжело, что она почувствовала запах кофе, который он только что выпил, и яйца, которое, вероятно, съел на завтрак.

– Ирен, это, конечно, здорово. Но теперь он не единственный наш след.

– Ну, вообще-то как раз единственный. Сейчас он – наша самая сильная карта.

– Может, и так. Но это вовсе не значит, что виноват именно он.

– Так кто же, по-твоему, виновен в угоне машины и покушении на убийство Ральфа Хьоса?

– Ну, хорошо. Теперь я говорю о…

– Во-вторых, – перебила его Лилья.