(Не) просто сосед

 – Да твою ж мать, открывайся!

– А чё случилось-то, Поль?

– Да так, напугалась, – буркнула она и, наконец открыв дверь, подхватила пакеты, но ручка одного из них, словно издеваясь, лопнула, и проклятые овощи снова покатились по площадке. – Да твою ж ма-а-ать! Ну сколько можно-то, а?!

– Ничё, ничё, я помогу! – засуетилась соседка, собирая. – Ты иди, иди, я сейчас занесу!

Ворвавшись в квартиру, Полина бессильно рухнула на банкетку, прижала ладони к бешено стучащему сердцу.

– А ты почём картошку-то брала? – зашла соседка следом.

– Тёть Валь, там, внизу, мужик какой-то… В лифт со мной пытался залезть.

– Х-х-х! – ужаснулась соседка. – Да ты что?! Тот самый что ли?

– Не знаю, – Полина скинула кроссовки и поволокла пакеты в кухню. – Как думаете, может, мне в полицию позвонить?

– Спрашиваешь! – пошла та следом. – Конечно, позвонить!

– Но он же ничего не сделал, что я скажу?

– Так если ждать пока сделает – это ж можно и дождаться! Ты позвони, Полин, позвони обязательно, а милиция пусть сама разбирается! А если вдруг что, я подтвержу, что тоже видела как он приставал, за это не переживай! – И она хозяйски полезла в пакет, добавляя к «парочке» картошин луковицу с морковкой и банан.

Полина кивнула. Не вернёт. Потому что за все пять лет ни разу не сподобилась – ни «парочку яичек», ни «маслица кусочек», ни «ты меня сейчас своей краской покрась, а я потом куплю и занесу», ни десятки всяких там ещё «займи по-соседски».

Проводив соседку, проследила в глазок, как та скрылась в квартире напротив… А спустя какое-то время поймала себя на том, что так и стоит, прилипнув к глазку, и рассматривает через него подъезд – словно вражеские позиции в перископ. Мой дом, моя крепость. Ага. Вот только, за Маруськой как теперь идти, по интернету что ли?

Муж даже не слышал, что она пришла – нацепив наушники, рубился в «танчики».

– Представляешь, меня сейчас чуть… – замялась на мгновенье, – чуть не изнасиловали. В лифте.

– Мм.

И всё. Полина слышала, как в его наушниках отдаются приказы, чувствовала сосредоточенную напряжённость мужа, его геройский настрой на победу… и полное отсутствие в этой реальности.