Бракованные

Заболевание наследственное, можно только догадываться, чем вызван всплеск таких масштабов. Всё население Земли буквально поделили на «У вас есть будущее» и «До тридцати не дотянете».

– До сих пор поверить не могу, что какой-то там ген взял и внезапно активировался. Быть может это кара Господня?

– Когда это ты успел стать набожным? – Он тяжело вздохнул – На данный момент рекорд по продолжительности жизни с этими «Красными легкими» – двадцать семь лет.

– Двадцать семь? – считай, повезло. Люди с, например, муковисцидозом умирают детьми в большинстве случаев.

– Да, но в масштабах не сравнится. – Шепотом: – Это секретно, но они думают, мы можем потерять четверть человечества.

– Земля пытается бороться с перенаселением. Многие это прогнозировали.

– Самое удивительное – никаких симптомов. Живешь себе спокойно свою не очень продолжительную жизнь, а в один день выплевываешь легкие наружу. Сейчас они проверяют всех новорожденных.

– Понятно… Ну а лечение, генотерапия?

Теперь мужчина в плаще говорил еще тише, чем шепотом, так, что его собеседник практически читал по губам:

– Я пробовал на добровольцах.

– И что?

– Кажется, получилось. Почему-то, меня попросили молчать об этом.

– Так зачем ты тогда мне рассказал?

– Не знаю, плохое предчувствие. Кажется, кому-то просто невыгодно их лечить. Ты слышал вообще, как они их называют? «Бракованные», представляешь?

Откуда-то сзади раздалось:

– Доктор Хоуп, Доктор Смитт?

Двое обернулись.

– Пройдемте, пожалуйста, с нами.

Они молча повиновались.

Смитт судорожно поправил очки, а Хоуп написал жене, что любит её…

***

Спустя несколько месяцев «Бракованные» признаны социально-опасными. Заболевших, проявляющих агрессию или непослушание изолируют в срочном порядке. Власти заявляют – лечение искать бесполезно. Создается официальная служба, под названием «Синий круг», ведущая контроль над носителями гена «Красных легких».

Часть I

У истоков мятежа

Иду по лезвию ножа,

Я у истоков мятежа,

По телу жар, вскипает кровь,

Удары сердца вновь и вновь.

Душа моя полна протеста,

Внутри для боли впредь нет места,

Мой гнев – мой беспощадный меч,

Я правду с ним смогу сберечь.

Мэттью.

Когда Мэттью и Этан вышли из бара, на улице было очень темно. Всё опустело, но это было скорее приятно. Ведь среди людей братья чувствовали себя неуютно. Они всего лишь дефект природы. Красиво, но быстро сгорающий дефект.

Быть бракованным трудно.