По воле матери

По воле матери

Альвера Албул

Девушка ухаживает за умирающей матерью своего друга, который в это время радуется жизни и пытается найти богатую невесту, но за свое поведение и отношение к матери ему предстоит заплатить. Стоит ценить своих родителей и прислушиваться к ним.

Я увидела девушку, входящую в зал и шуршащую множеством юбок ее тяжелого зимнего платья. Ее служанка следовала за ней, держа в руках пальто своей хозяйки. Эта юная особа с овальным лицом и достаточно миловидными чертами, что обрамляли густые светлые волосы, в свои неполные восемнадцать была самой завидной невестой, так как от покойного отца получила огромное наследство.

В гостиной по этой причине встречали ее стоя. Я стояла с самого начала, рассматривая скачущее пламя в камине, игнорируя предупреждение хозяина дома о том, что огонь может перекинуться мне на платье.

Мисс Пилигрим слабо улыбалась, здороваясь с другими гостями и хозяином дома – холостяком сером Харреллом, у которого перед фамилией стояло множество имен, из которых я знала только три.

Комнату слабо освещал камин и пара канделябров.

– Сегодня ужасная погода, – затвердил один из гостей.

– Вы так бледны, – подтвердил другой.

– Присядьте к камину, – заговорил хозяин дома достаточно ласково, как обычно общался только со мной.

Меня практически насильно и достаточно грубо отодвинули от камина, полностью игнорируя мое желание остаться рядом. Для юной особы было подготовлено мягкое кресло, и она опустилась в него.

– Благодарю, сер, – она улыбнулась шире.

Я видела и понимала, что ей льстит подобное отношение. Насколько бы красивой она не была, учтивы с ней были только из-за ее наследства. Надеюсь, она это понимала.

Начался самый банальный и пустой диалог, но о чем можно было говорить с девочкой. Сер Харрелл, Стрикленд и Чендлер, что до прихода богатой наследницы, обсуждали со мной великих композиторов и романистов, теперь говорили о ее шикарных платьях и ее талантах.

– Вы, я уверен, прекрасно играете на фортепиано? – заговорил хозяин.

– Что Вы, совсем чуть-чуть. Моя бывшая гувернантка была очень плохо обучена.

Подхватив верхние юбки, я поспешила покинуть бал лицемерия и направилась на второй этаж к больной матери хозяина поместья.

Сегодня она была необычно бледна, и она даже не услышала, как я проникла в ее мрачную и сырую комнату. Она лежала в широкой шикарной постели, закрытая от мира занавесками.