Меня нет в твоем мире

Вместе они вошли в здание, поднялись на свой этаж, где Клаас поспешил сразу сесть за свой компьютер. Нужно было делать квартальный отчет по продажам. В это время Маркус шел по коридору медленно, успев построить глазки всей женской части коллектива. В ответ девушки ему мило улыбались, отвечали взаимностью на его флирт и хихикали.

– Как у тебя это получается? – спросил Клаас.

– Без малейшего понятия.

– В любом случае, мы же работать сюда пришли, а не строить девицам глазки, – ответил мужчина.

– Ты сейчас серьезно? Нам не по пятнадцать лет, а это не школьный проект! Причем, когда ты собираешься искать себе девушку?

Клаас отвернулся, решив начать работу.

Но это было достаточно сложно, потому что если в общении с Маркусом девушки смеялись вместе с ним, то проходя мимо Клааса, они смеялись над ним. Из-за этого он чувствовал себя настолько ущербным, что ему было сложно взяться за расчеты. В такие моменты ему не хватало затычек для ушей, но он боялся, что именно когда он вставит их в уши, его позовет начальник отдела из-за очередной ошибки в работе.

Зачем в их отделе вообще столько девушек? Клаасу вообще казалось, что присутствуют они здесь только чтобы было кому пить кофе и отвечать на обольщения Маркуса.

Пододвинув к себе ближе стакан кофе в бумажном стаканчике, калькулятор, белый лист, на котором собирался заняться расчетами, и зажав в руках карандаш, он пытался не слышать всего, что происходит вокруг и стал делать свою работу. Словно на зло, в этот момент к нему обратился Маркус.

– Знаешь, я заметил, что вон та девушка, что стоит сейчас возле кофе автомата, – говорил он.

– Где бы ей еще стоять, – пробубнил себе под нос Клаас.

– Постоянно заинтересованно на тебя поглядывает, может стоит перестать прятаться за монитором, чтоб ей было лучше тебя видно. Я даже уже не помню, как ее зовут. Чем она вообще занимается в нашем отделе?

Клаас в ответ лишь тяжело вздохнул и пододвинул монитор слегка так, что его за ним было полностью не видно.

В ответ на это Маркус беззвучно рассмеялся.

Рабочий день длился девять часов. И все эти часы Клаас силой заставлял себя возвращаться к цифрам снова и снова. Маркус рядом тоже что-то считал, но как казалось Клаасу – длину юбок мимо прошедших дам.

А когда рабочий день был официально закончен, Клаас бежал впереди всех к выходу.

– Не торопись ты так, – говорил ему Маркус, – подожди меня!

– Давай быстрее, Маркус.