Утерянная блажь. Плен

– А если будет возбухать? || Покосился на меня мастер.

– Зови меня, обломаем. || Прокричал Паша довольно насмешливо.

Второй раз было уже легче в плане страданий физических, но тяжелее в плане душевном. Мне было тяжело оттого, что я даже в столь интимном моменте не могла себя отстоять.

Когда со всеми экзекуциями было покончено, я выбрала у Дениса в аудио-теке кассету и пошла в кухню, хотела перекусить.

Слушая музыку в наушниках, я испугалась, когда меня вдруг поцеловали в плечо. Я вскрикнула и резко развернулась, а Паша сделал шаг назад, улыбаясь.

– Ты чего? || Вытаскивая наушник из ушка.

– Ничего, зову её зову, а она тут, понимаете, – развлекается. || Накручивая мои волосы себе на кулак, проговорил Паша вроде бы с улыбкой, но с холодной. Меня это озадачило немного.

– Ты что-то хотел? || Спросила я поспешно.

– Я много чего хотел… || Ответил он загадочно.

– Можешь так не делать… Пожалуйста. || Попыталась я раскрутить обратно косу, но он дёрнул.

– Когда я тебя зову – будь любезна отвечать мне. || Потянул он меня на себя и поцеловал.

– Я не слышала, правда. || Проговорила я испуганно.

– Откуда наушники и плеер? || Спросил Павел холодно, накручивая провод на кассетник.

– У Дениса взяла, он разрешил. || Мне бы хотелось, конечно, дослушать кассету, но с Павлом не хотелось спорить, и я отвернулась.

Я не успела опомниться, как он опрокинул меня на стол и закинул моё левое бедро себе за спину…

Павел целовал вырез моей кофты, оттянув её вниз… слегка небрежно покусывая грудь.

Павел кусал мою плоть, но мне совсем не было больно – мне хотелось ещё, в тот момент мне отчаянно хотелось большего.

Он просунул руку мне под майку и нежно, медленно дразня, вышагивал пальцами по чашечке бюстгальтера…

Паша, совершив прогулку по местности, аккуратно отодвинув ткань лифчика, нащупал сосок и больно его сжал… Я вскрикнула от неожиданности и дёрнулась, но он так резко сжал мне рот и тем самым подавил порыв…

Это было сделано так обескураживающе, так быстро, что я и ойкнуть не успела, застыв в ожидании того, что он хочет сделать.

Паша отпустил меня, как только я перестала дёргаться и смирилась с тем, что власть лишь у него и я марионетка, а он кукловод.