Утерянная блажь. Плен

Со временем я понимаю, что это было сделано намеренно…

Он трогал мои бёдра, от каждого прикосновения его рук я вздрагивала всем телом в ожидании будущего.

Его рука коснулась моей попки, и я чуть было не наградила его пощёчиной, но вовремя опомнилась…

Павел практически насильно убирал мои плотно прижатые к телу руки. Подавляя любой мой протест против его манипуляций, он сглаживал любое моё сопротивление, мне было не по себе.

Мне было страшно неловко оттого, что он смотрит, оттого, что сейчас происходило… Я боялась хлобыстнуться в обморок и всячески пыталась себя отвлечь, а заодно думала – как отвлечь его?.

– О чём Вы думаете? || Спросила я неожиданно…

– Хм, прекрати мне выкать, заколебала уже… О чём я думаю, тебе знать ещё рано, подрасти надо. || Сказал он как-то отрешённо.

– Я не хочу больше мыться… Пожалуйста, давайте больше не будем?! || Собрала я всю себя ради одной фразы, и то не очень-то уверенно сказанной.

– Пошли! || Вылез Павел Алексеевич из ванны и подал мне полотенце…

Уже в комнате он подтолкнул меня к кровати и запер дверь на ключ… «О Боже» – подумала я и плюхнулась на кровать.

Павел медленно подошёл ко мне, и подав руку, поднял на ноги с постели. После чего нежно стянул с меня полотенце.

Мне было дико неловко, а он оглядывал меня с ног до головы и ещё к тому же крутил по кругу.

Он рассматривал меня как товар на витрине, и это бесило.

Не знаю, правда ли то, что про него говорил мне Алексей? Правда, что-то рассказывала Ирина, я не знаю, но, мне кажется, после того удара в живот, он может сделать со мной всё, что душе будет угодно.

Поймите меня правильно, я просто хотела отделаться малой кровью. Я не хотела страдать, зачем? – Ведь он всё равно сделает это со мной, но я хотя бы буду цела костями и сохраню свою вполне привлекательную внешность.

После разглядывания моей наготы хозяин дома завалил меня на кровать и стал целовать моё тело…

Падая на постель, я видела, как он наступает коленом на край кровати, как он наклоняется надо мной, нависая с полминуты…

Видя это, я думала лишь о том, чтобы мне не было больно, я уже не надеялась, что он отпустит меня девочкой.