Утерянная блажь. Начало

– Что происходит? || В её глазах стоял ужас – кажется, она догадалась…

– Тихо, тихо… Всё ОК. Всё будет хорошо… || Сказал насмешливо Кирилл. После чего он провёл рукой от колена до бедра Ани, а она дёрнулась. Он схватил её за бедро – она закричала.

Подскочил Артур, схватил её за руки, но она вырвалась и отскочила от них в другой конец кровати. Я было дёрнулась выскочить из укрытия и помочь, но не осмелилась. Трусиха…

Они смотрели на неё, согнувшись от хохота, Артур медленно расстегнул ремень на своих джинсах и расстегнул рубашку, полы её он раскинул в сторону, но стоял ко мне спиной.

Поджав под себя ноги и обняв колени, Анечка горько заплакала. В какой именно момент мы понимаем, что нас используют?

– Я хочу домой, пожалуйста, я хочу к маме… || Сказала девочка, но они пропустили это мимо своих ушей.

Мне стало её искренне жаль, но я так боялась, что со мной будет то же самое. Я так этого боялась, боялась проститься с тем, что так берегла. Я просто стояла и смотрела.

Кирилл схватил её за щиколотки и дёрнул – она распласталась по всей кровати и пыталась сползти, пыталась отбиваться и пинаться. Каждая из её попыток была обречена на провал и это коробило не хуже всего остального.

Парни оба как будто издевались над ней. Артур то и дело лапал её за грудь, они щипали её за грудь, за бёдра, живот… Они заламывали ей руки и отпускали, играли как кошка с мышкой, позволили ей несколько раз вскочить с кровати, но только лишь чтобы поймать снова…

После очередной попытки и поимки Кира с Артуром зажали девочку между собой, а потом стали тереться об неё, ну, Вы понимаете, каким местом.

Она рыдала, она умоляла её отпустить, мне было так страшно, ноги и руки не слушались меня, я застыла, будто вросла в то место, где пряталась. Я ничего не могла сделать, мне искренне было жаль Анечку, но также очень было страшно, только сейчас я поняла, какие они животные. Почему я не замечала этого раньше, почему?

Кира бросил Анну на постель, она умоляла не трогать её, она молила о пощаде.

Кирилл Юрьевич не слушал её слёз, не имел не малейшей жалости к ней, а лишь оседлал её, будто она игрушка, а всё, что оставалось Ане, – лишь беспомощно извиваться под ним.

Артур поспешно вытащил из брюк ремень и связал им Анне руки. Она плакала – её одежда очень быстро разлетелась в разные стороны клочьями.