Утерянная блажь. Книга 3+4

Через полчаса Аля пришла свежая как огурчик и стала задавать множество вопросов… Она мастерски выпытывала информацию. По ходу дела, ей действительно было очень интересно.

Как бы я не хотела, но мне ничего не оставалось, как всё ей рассказать. И про загадочного Алексея тоже… Сама до сих пор не знаю, зачем скрывала, почему ей всё рассказала, может, просто устала?

Алина заверила, что в этой тусовке он единственный нормальный, приличный и весьма адекватный по сравнению с другими её членами.

Также, по её словам, следовало, что он отличный, просто божественный любовник.

Точнее, такую информацию не должны были слышать мои нежные ушки… В то же время я не затыкала уши всеми подручными средствами – если Вы, конечно, понимаете меня.

Аля посоветовала мне всё-таки обратиться в ментовку. Собираясь уходить, уже в дверях она вдруг повернулась ко мне и, взяв за плечи, сказала: «Лёху не упоминай…».

После чего она, весьма довольная собой, вызвала лифт, но он по-прежнему не работал, и она пошла домой пешком по лестнице, помахав мне ручкой, – знала, что я подглядываю в глазок.

Всё это казалось мне дурным сном, диким, лишённым смысла сном. Но, к сожалению, это была моя жизнь – и от неё некуда было деться…

По крайней мере, так считала та девчонка, та, которой я была в то время. Интересно, а как бы Вы повели себя в такой ситуации? Как-то иначе?

Подруга Леры

Зайкова Алина Михайловна

11.07.1986

.

Вечером я отправилась на работу к Славе – хотелось поговорить с ним о Лёше… Хоть я и не знала, как мне поговорить, не сдав последнего.

Всю дорогу я придумывала разные варианты – но получалось всё хуже и хуже, и итоге вовсе не складно. В конце концов я решила сказать правду – прибьёт так прибьёт, мне надоело бояться…

Придя на место, я справилась, работает ли Ярослав Александрович?! И села на скамеечку так как мне предложили подождать…

Ожидание показалось мне долгим и нудным.

Через двадцать минут, уже проходя в кабинет Славы, я всё ещё думала об Анне. Мне было дико стыдно перед ней, хотя я ничего не сделала, но в этом и была вся соль. Вздохнув и сжав кулаки, я, будто бы взяв себя в руки, сказала:

– Привет!

– — Неуверенно.

– Привет!

Что нового?

– — Обрадовался он мне.