Совсем Другая Сторона

Он явно был напряжен, стоял в центре комнаты, прослеживая за каждым моим движением и резко поворачивая голову к Лео, делая то же самое.

Кажется, сон окутал мой разум, и я отключился.

Сложно описать состояние сна, поскольку оно мгновенно обрывается. Что чувствовал я? Как всегда: словно тело получило отпуск на пару тройку часов. Думаю, это все. Я просто лег вздремнуть, хотя какая-то часть души втайне надеялась, что произойдет нонсенс. И из-за нонсенса я окажусь в родном городе Вашингтоне.

Но нет. Никакого нонсенса, никакого намека.

Во время спячки ни сна, ничего. Пустота. Как обычно, если не видишь снов. Я открыл глаза, ощущая, что переспал, и первым, на кого посмотрел, был Лео. Мужчина уже сидел на кровати, а не лежал, и рассматривал амулет на запястье. Он представлял собой связку темных мелких камешек, через которые проходила тугая нить.

Переведя взгляд в центр комнаты, я нахмурился: Роджера уже не было.

– Прошло пятнадцать минут, как спал я, и тридцать, как спишь ты, – проговорил Лео, не поднимая глаз.

Затем он оторвался от амулета и улыбнулся мне: – А вот ты и проснулся.

Я указал пальцем прямо перед собой.

– Куда делся Роджер?

– Остался у меня в комнате, – поднялся Лео и почесал за затылком, зевнув. – Или уже у себя дома сидит, у него заданий на сегодня нет. Везунчик.

Встав со стула, я заметил в комнате некоторые изменения: кухонная стена, что была за мной, обратилась в черный цвет, а не коричнево-бежевый, как до моего сна. На стене, к которой была придвинута кровать Лео, висела огромная картина с рисунком шторма.

– Пошли. – Лео кинул мне какой-то предмет, и я его рефлекторно поймал.

Взглянув на раскрывшиеся ладони, я улыбнулся.

– Бусинка?

– Ага. – Он направился к дверям.

– И зачем мне твоя бусинка?

– Она твоя, дурень. Пойдем уже. Объясню, когда час придет.

– «Час придет», – проворчал я. – Меня вымораживают ваши выражения и загадки. Ваши – это твои, Джера и Лиан.

Лео улыбнулся и открыл дверь, ожидая, пока я покину комнату.

– Ладно. – Я встряхнул плечами от недовольства.

Подъезд тоже был изменен. Точнее, подменен: стены высокие, полы крепкие, как плиты, лестницы широкие, аналогично лестницам высотного здания Вашингтона.

Достигнув первого этажа, Лео вышел наружу, прищурившись от яркого света. Я вышел следом и не капли не удивился, хотя напарник очень этого хотел: мы стояли на одной из улиц города, наблюдая за людьми и машинами.

– Где твои возгласы? – спросил он.