Совсем Другая Сторона

Стянув с себя всю мокрую одежду, я встал под струи теплой воды и блаженствовал, пока согревались пальцы на руках и ногах. Выйдя из душевой с перетянутым полотенцем по бокам, я прикрыл дверь спальни, ведущую непосредственно на кухню, сбросил с себя полотенце и начал одевать на себя все свежее и сухое. В спальню внезапно заглянула Лиан.

– Куда я дела… Ох, господи! – увидела она меня. Я автоматически прикрыл все самое важное полотенцем, подхватив его с кровати. – Предупреждать надо!

– Закрытая дверь ни о чем тебе не сказала? – возмущенно процедил я, ожидая, чтобы она скрылась.

– Нет! – рявкнула Росс и захлопнула дверь.

Цокнув языком, я одел нижнее белье, синие джинсы и черную майку с глубоким вырезом шеи. Демонстративно открыл дверь, и из кухни сразу выглянула Лиан.

– Фен в той же ванной, – намекнула она.

– Зачем мне фен? – зашел я на кухню.

– Волосы влажные, да еще и вьются, – взъерошила она их мне рукой.

Я тут же отстранился и поднял палец.

– Давай кое о чем договоримся.

– Мне тебя не трогать, – показала мне руки девушка и безразлично повернулась и наклонилась к плите, слегка приоткрыв ее: жаркий пыл донесся до моего носа, отчего желудок повторно сжался и заскулил. – Ты какой-то дерганый.

Я скрестил руки на груди.

– Еще бы. А как еще прикажешь себя вести? Такое чувство, будто я заново родился, проснувшись этим утром. А боль прошлого преследует и не отстает. – Я посмотрел в окно, за которым красные облака превращались в темные при захождении солнца за горизонт.

Лиан закрыла плиту и повернулась ко мне.

– Сегодня ты услышишь истории Роджера и, возможно, Лео. Думаю, поймешь, что не один такой, и, надеюсь, тебе от этой мысли полегчает.

– Ты словно хочешь, чтобы я забыл о прошлом, – прищурился я с подозрением.

– Без всяких личных соображений, – заметила Росс. – Я проходила через ту же боль. И поверь, хотела, чтобы она подошла к концу, когда… – она вздохнула и отвернула лицо к двери в коридор, – когда потеряла самых близких.

Я долго смотрел на девушку и отошел к обеденному квадратному столику в углу, присев на стул. Кухня была по-настоящему уютной и крохотной: здесь невозможно развернуться, зато желто-бежевые стены и теплый свет лампы придавал комнате особый стиль – успокаивающий и расслабляющий. Я искренне изумился, представив, как всеми будем тесниться, когда придут Роджер и Лео – люди, о которых я, можно сказать, не знал ничего, кроме полунамеков и неясных фраз.