Коан Янг 2

Профессор продолжал повторять: еще не время. «Да когда уже это время настанет!», возмущалась про себя Обри. Почему старик так не хочет о нем говорить? Ведь они дружили. Неужто Профессору стыдно за что-то? Или же речь о чем-то сакральном и запрещенном, как он однажды выразился.

– Я увольняюсь, – заявила Обри, с деловым видом скрестив руки.

Профессор выглянул из-за газеты, лицо его вытянулось.

– И тебе доброе утро, Обри.

– Мне надоело, – продолжила она, стоя в проеме двери. – Вы не имеете право мной манипулировать.

– Манипулировать? – усмехнулся старик. – Проясни-ка, будь любезна.

Обри махнула рукой в сторону Apple Macintosh восемьдесят четвертого года выпуска и обозленно воскликнула:

– Я перепечатала тридцать шесть работ! А про Часовщика я у вас спросила, когда за первую сесть не успела. Что вы о нем поведали с тех пор? Полный ноль! Все позже да позже! Вам не надоело? Больше я работать у вас не буду. Перепечатывайте сами.

Профессор с разочарованием вздохнул и покачал головой.

– Ох, Обри, Обри. Ты меня совсем не слушала.

– Я-то как раз слушала! Очень внимательно!

Он поднялся с дивана и приблизился к ней. Морщинистое лицо не выражало ни одной эмоции.

– В таком случае ты бы наверняка знала, что работы тебе нужны не меньше, чем мне. Ты бы не стала заниматься шантажом, как будто это моя дурацкая прихоть – усадить тебя за стол и заниматься бессмысленной чепухой.

– Расскажите про Часовщика! – потребовала Обри.

Профессор сперва нахмурился, затем посмирнел, а потом и вовсе вздрогнул.

Молча отошел к окну и наблюдал за тем, как шелестят пышные шапки зеленых деревьев. Обри, сбитая с толку, буравила взглядом его спину.

– Ты когда-нибудь слышала о Дахме? – вдруг прозвучал вопрос. – Известна как Башня Молчания.

– Нет, – неуверенно ответила Обри, пытаясь найти что-нибудь в закромах своей памяти.

Он оглянулся на Обри через плечо и с грустью изрек:

– Я не был с тобой до конца честен… Наше знакомство состоялось у Храма Знаний, где твое с Букером любопытство довело бы вас до верной смерти.

Улицезрев, на что способны ваши с ним оголтелые умы, я пообещал себе не рассказывать вам о Дахме ничего. Но, – безысходно дернул он плечами, – ты столько времени трудишься над моими работами и уже заслужила доверие… Видимо, более нет смысла скрывать.

Обрадовавшись, что Профессор наконец-то разоткровенничался, Обри скрыла рвущуюся наружу улыбку и с серьезным видом слушала старика.