Домой через время

Кевлину пришло уведомление на телефон.

– Пока я был у тебя мой отец умер. Я не успел ему сказать, что я закончил исследования, – сказал Кевлин.

– Мне жаль.

Друзья приехали к высоченному жилому дому. Недалеко от входа находился пожилой человек, который сидел с вытянутой рукой и что-то говорил на непонятном Ирону языке.

– Тут есть магазин по близости? – спросил Ирон.

– Зачем? – ответил Кевлин, – дома есть еда.

– Ну давай тогда ему принесём немного. Жалко человека.

– А тебе с этого какая-то выгода?

– Какой ты эгоист.

Я не могу на него смотреть и потом корёжить себя, что я ничего не сделал, когда мог.

– Это ты мне говоришь об эгоизме? Люди все эгоисты. Ты себя послушай и не занимайся самообманом. Люди, да и вообще все живые существа, какие бы они не делали добрые дела – все они преследуют собственные цели. Возьмём тебя в пример. Ты хочешь ему помочь. А задавался вопросом: почему? Потому что тебя будет мучить совесть, ты сам себе хочешь сделать хорошо. Некоторые делают добро, опасаясь угрызений совести, другие просто хотят всем показать собственную важность и, в первую очередь, себя чувствовать, что они герои, чувствовать удовлетворение, потешить самолюбие.

Всегда все делают всё исключительно для себя. Настоящей, искренней, не поддельной доброты – не существует. Всегда есть причина. Многие, когда делают что-то хорошее, просто не замечают этого, не знают даже об этом, но, если им начать копаться в себе, задавать себе вопросы по типу «а для чего я это делаю?» и честно отвечать на эти них, то им самим всё станет понятно, хоть и будет не очень приятно.

Ирон в растерянных чувствах направился ко входу. Двери открывались по сетчатке глаза или по опечатку ладони. «Прям как в фильмах про будущее», – подумал Ирон. Двери открылись так же автоматически и оба вошли в здание. Слева был робот-консьерж, который задавал какие-то вопросы на неизвестном Ирону языке.

В ответ на это Кевлин отдал роботу что-то вроде флешки, через несколько секунд вернул её владельцу и сказав что-то странное рукой махнул в сторону лифта и лестницы, пропуская посетителей вперёд.

Все стены были увешаны голографическими плакатами, рекламными вывесками.

– Почему так много повесили рекламы? – спросил Ирон.

– Потому что высоко наверху, где она была раньше, снизу её не видно. Меньше рекламы не стало и теперь она вся внизу. В домах и некоторых другого рода зданиях.

Друзья поднялись на 27й этаж в 54ю квартиру. Это была квартира Кевлина. Уютная и просторная.