Последние судьи. Сильнее льва и слаще меда. Книга первая

– Почему ты не хочешь, чтобы я думал, будто тебе грустно?

– А кому нужна депрессивная унылая спутница с кислой миной… Хороша же из меня помощница будет, не помощница – обуза! Надоем тебе, чего доброго… – совершенно серьезно рассуждала Катарина.

Я засмеялся.

– Что за глупости, маленькая. Я не только в радости с тобой, но и в печали, до самого конца и даже после него, – повторил я свою любимую фразу. – Да и ангел нас вместе благословил.

С каждым моим словом улыбка моей спутницы становилась все шире, наконец, не в силах сдержать эмоции, Катарина остановила машину, вцепилась мне в ворот куртки и накрыла своими губами мои губы.

– Это было неожиданно… – выдохнул я, когда эмоции утихли, – неожиданно, но очень приятно.

– Точно, – согласилась со мной Катарина, – смотрелось, как в крутом кино, наверное. – Мы засмеялись и продолжили наш путь по разрушенному городу.

Однако не успели мы проехать и квартала, как, словно из ниоткуда, на дороге возникла женская фигура.

– Что ж ты, тётенька, на дорогу не смотришь, никак жить надоело? – опустив стекло, беззлобно спросил я. Женщина проигнорировала вопрос и, не поднимая глаз, продолжала что-то бормотать себе под нос.

– Она, похоже, не в себе… – Катарина внимательно разглядывала незнакомку.

– Может, подбросить её куда, – рассуждал я, – хотя куда мы её подбросить можем.

Внезапно женщина упала на колени, держась руками за живот, и тихо застонала. Я вышел из машины и подошел к распростертой на снегу фигуре. Как только я склонился над ней и протянул руку, чтобы коснуться её плеча, женщина молниеносным движением схватила меня за руку и, озираясь по сторонам, зашептала: – Бесы, бесы… в городе не осталось живых душ. Демоны входят без стука с острым ветром… В церкви бесы, в церкви… – женщина указала рукой на виднеющийся вдали купол храма.

Сумасшедшая упала на спину, и пальто, надетое на голое тело, распахнулось. Живот женщины был вспорот, а на дряблых грудях были вырезаны перевернутые звезды.

– Ничего себе… Никогда такого не видела, – проговорила Катарина, – как думаешь, кто её? Сатанисты?

Ноги женщины в поношенных ботинках перестали дергаться, глаза остекленели, а порыв ветра присыпал изрезанное тело чистым белым снегом.