Солдаты Армагеддона: Призрак Родины

Есть ещё много оговорок и всякого рода необходимых договорённостей, благодаря которым мы попадаем в полную зависимость от них и реально делаем то, что избегали всё это время – по самые уши влезаем во внутриимперские разборки в качестве простых пешек. И одно из условий – это Мелан.

– В каком качестве?

– Для обеспечения силовой поддержки всех операций.

– Ого! А ты им сообщил, что он погиб?

Тут дер Тераном-старший невесело усмехнулся.

– Конечно. И после многочасовых переговоров я понял, что вся эта возня устроена только ради того, чтобы этого варвара в нужный момент вывести на арену для выполнения некой миссии.

Пауза…

Теперь до генерала всё дошло, и он скривился, понимая, куда они влезли.

– Полагаю, что началась не возня, а война за наследие Великого дома Маркелиа? Точнее за технологии и те мощности, что были искусно выведены и спрятаны в качестве защиты от агрессивного поглощения другими домами.

– Точно так.

– Как они на нас вышли?

– Про то, что Мелан там поучаствовал и является отцом ребёнка наследницы Великого дома, видимо, узнали от той девчонки-разведчицы, медика, ну а по самому Мелану – ты же сам распорядился, чтоб случай с уничтожением четырёх драконовских линкоров группой флотских диверсантов был соответственно освещён в средствах массовой информации.

– Понятно… – устало протянул генерал. – Ну а что именно мне дальше делать?

– Лаэрт, ты – не дурак, сам всё понимаешь… Брось все силы и найди этого чёртова варвара, что-то у меня свербит в голове, что не погиб он… Он нам сейчас нужнее нескольких линкоров.

Генерал внутренне подобрался – братик редко прибегал к столь высокопарным и громким словам. Значит, его сильно прижало, раз пошёл разговор в таком ключе.

– Хорошо, я этим займусь, – подтвердил генерал, но тут же с какой-то даже издёвкой спросил: – Но вот ответь мне на вопрос: что будем делать с дядюшкой Мальдерком и его сыном, который по идее должен скоро стать твоим зятем? Как же Маша?

Глава клана пристально уставился в глаза брату и ответил:

– Мы это должны решать вместе, но… Маша погорюет и утешится – сейчас многие гибнут, – да и на кону стоят намного большие ценности, нежели сердечные дела моей дочери.

– Хорошо, я тебя понял.