Криминальный талант

Да и сам Петельников не уверен – случилось ли что с ними…

Он усмехнулся. Если бояться «глухарей», то не стоит работать в уголовном розыске. А если не быть любопытным, то кем же быть – службистом?

Рябинин разобрал сейф и сложил в одну пачку разрозненные листки со смешными выписками. Он еще улыбался, когда, стукнув на всякий случай в дверь, в кабинет шагнул Вадим Петельников.

– Вспомнил анекдот, Сергей Георгиевич? – спросил инспектор и тоже улыбнулся, погребая руку следователя в своей широкой ладони.

– Зачем ты сразу раскрываешься? – печально вздохнул Рябинин.

Петельников сел на стул и расстегнул пиджак, полыхнув длинным серебристо-оранжевым галстуком с толстенным модным узлом. Инспектор осторожно молчал, зная, что вопросом он нарвется на шпильку, как на неожиданную занозу в перилах.

– Как это раскрываюсь? – все-таки спросил Петельников, чтобы узнать, какова она, эта шпилька.

– Человек улыбается. А почему человек может улыбаться? Анекдот вспомнил, водки выпил, женщину увидел… Типичный ход мыслей работника уголовного розыска.

– У нас не прокуратура, Сергей Георгиевич, улыбаться некогда.

– Да?! – удивился Рябинин. – А я не доверяю людям, которые не улыбаются.

– Да?! – теперь удивился Петельников. – Я вчера часа два беседовал с одним завмагом. Он мне всю дорогу улыбался. Рот открыл, губы растянуты – и сидит, как незастегнутый портфель. А почему? Недостача у него крупная.

– Завмаг не улыбался, а ухмылялся. А ты у меня улыбнешься, – следователь протянул листки.

Смех охватил инспектора сразу – он вообще легко поддавался веселью.

Рябинин никогда не смог бы объяснить, что в этом не очень интеллигентном смехе инспектора особенного. Не смог бы объяснить, как он в этом смехе видит широту, силу и ясность души. А может быть, он просто хорошо знал Петельникова по оперативной работе.

Рябинин поморщился – так сладко думать о человеке нельзя, да еще в его присутствии, да еще зная наперечет его недостатки.

– Могу пополнить коллекцию, – перестал смеяться инспектор.

Рябинин усмехнулся, действительно записал и спросил:

– А ты что такой нарядный?

– По этому поводу и пришел.

– Спросить, пойдет ли тебе жабо? Кстати, разрешается работникам уголовного розыска носить жабо?

– Хоть корсет, лишь бы «глухарей» не было.

Петельников не улыбался.