Самодурство. Тебя здесь не любят

Они ознаменуют, что всё только на ступени начала,

Огонь покорит моря, сожжёт дома и квартиры,

Только ты, будешь сидеть и ждать изменения у причала,

Как герой чьей-то трагичной и грустной сатиры.

13 мгновений обмана

Столько лет прожить в тени,

Чтобы бежать на солнечный восход,

Осознавая, что вы всегда одни,

И моментально рухнул небосвод.

Кругом обман, нам долго врали,

Корабль мчится прямо в гору льда,

А капитана крутит на штурвале,

Неясный шум, и, бух, удар.

Тенями проявляются старые знакомые,

Искать ответы на вопросы нелегко,

Мы бегаем по городам, как насекомые,

Сгрызая страницы древних дневников.

Налей ещё один стакан, бармен, прошу,

Который год терплю всю эту боль,

А под душой сплошные шрамы лишь ношу,

Надеясь, что их закроет алкоголь.

Шатаясь, мчусь домой по тротуару,

Бегу, но путаюсь свинцовыми ногами,

Быть может, я человек, сбежавший из футляра,

Которого когда-то разнесёт волнами?

Кричу на мир, виню его, а сам не делаю шагов,

Вздымая руки к небу, говорю ему, что потерялся.

Но время скидывает с лестницы, а я уже багров,

И, раскинув руки, на глазах нелепо растворялся.

Дайте ключ, и я открою вам дорогу в никуда,

Нас за поворотом ждёт безликая печаль,

Сегодня бой, судьба ничейный секундант,

Который манит убежать куда-то вдаль.

Но это так нелепо, быть беглецом на поле брани,

Я не прошу кого-то помнить обо мне таком,

Не стоит забывать лишь о своей душевной ране,

И нас раздавят под неуправляемым катком.

Никто не станет горевать, забудут даже имя,

Останется лишь пара горьких слёзных капель.

Нам мертвые когда-то чудились живыми,

Мы видим странную фигуру в нелепой чёрной шляпе.

О ней писали в книгах – сама царица смерти,

Смотрите в небо, не опуская вниз глаза,

Не бойтесь, просто её словам-обманам вы не верьте,

Раздался шум, полил вдруг дождь, и началась гроза.

Вода отмоет грязь на окровавленной дороге,

Багровые ручьи помчатся в стороны на землю,

Слова – иллюзии, они нелепы и убоги,

Но я, как и раньше, бездумно людям внемлю.

Обманом жизнь свою назвать могу без страха,

Вот, наступило его тринадцатое, последнее мгновение,

Я весь в крови, на мне разорвана последняя рубаха,

Настал конец, и тело пало, крича от изнеможения.

Двойное дно

Сколько бы ни звал людей —

Они никогда не приходят.