Самодурство. Тебя здесь не любят

Дрожа, рифмую пару слов,

К ним добавляю каплю связи —

Поэт теперь окажется готов,

Копаться в луже мокрой грязи.

Искать в листве живую музу,

Потом понять, что не нужна;

Держать её с собой тяжёлым грузом,

Когда тюрьма культуры сожжена.

Вскружиться мыслями успеха,

Забыть призвание как сон,

Пусть на пути появится помеха,

Я лучше буду в жертву принесён.

Тошнит от собственного эго,

Порой, всё хочется забыть.

Сам нарисую план побега,

Хотя не знаю, как уплыть.

А пережитки прошлого сгниют,

Оставив в памяти осадок.

С могилы пустим к ним салют,

Стряхнув остатки конфетти с оградок.

Творить – не значит что-то думать,

А думать – не означает сочинять.

Сменив десяток масок и костюмов,

Продолжим этот цикл повторять.

Страсти

Прожив уже немало времени,

Решил всё изложить в листах.

Прогнулся лишь под бременем,

Держа однажды журавля в руках.

Но он вспорхнул, оставив воробья,

Который бился медленно об стены.

Так надоела людям ложь твоя,

Мне яд пускали птицы через вены.

И я в припадке гнева умирал,

Сжимая пальцами какие-то бумаги,

Хотел устроить адский ритуал,

Но не хватило здесь отваги.

И по спирали повторяя раз за разом,

Придти на место больше не могу,

Искал среди людей гранёные алмазы,

Но находил лишь трупы на снегу.

Я напишу рецензию на небо,

Пусть не услышат строчек боги.

Если хочешь счастья – требуй,

Ведь короли на троне – босоноги.

Хотел зашить порезы на плечах,

Но загнан в рамки творческого круга,

Мне шею давят руки палача,

Заставив верить в действие недуга.

А личность в темноте бредёт,

Застыть не может вдруг от страха,

Настанет скоро ваш черёд,

В конце всех ожидает плаха.

Разбить ногами то искусство,

Что не способно говорить,

Что вызвать не по силам чувства,

Ведь невозможно более творить.

И протирать следы багровых пятен,

Не наступить отныне на капкан,

Нам не исправить столько вмятин,

Когда кругом один телеэкран.

Для самозванцев правда – зло,

Меня возненавидеть могут люди,

Пусть мне с судьбой не повезло,

Но хуже их теперь уже не будет.

И птицы те, что отравили ядом,

Исчезнут, словно грязь и пыль.

И все слова останутся под катом,

А серый пепел тухнет, как фитиль.