За тихой и темной рекой

Вот тогда вы его и прищучите.

– А ты мне поможешь. – Кнутов не спрашивал. Его слова прозвучали, как приказ, чему Самойлов вовсе не удивился. Как только Анисим Ильич появился на пороге дома, он ждал этих слов. Если бы они не прозвучали сегодня, то завтра пристав не стал бы с Кнутовым общаться на данную тему.

– Что мне делать? – Самойлов посмотрел на следователя.

Анисим Ильич нацепил на вилку кусочек рыбы, задумчиво повертел им перед глазами и бросил на тарелку.

– Честно говоря, не знаю. Пока. Мальчишка ездит по всему городу, роется в бумагах, вроде, как делает то, что и положено выполнять в таких случаях.

Да только, чует моё сердце, не тем он занят. А вот чем? – Кнутов наклонился к приставу. – Ты будь готов, на всякий случай.

– К чему?

– Да ко всему. И ещё одно: поговори со своими людьми по поводу того, что им известно об ограблении на Иркутской.

– Наслышан.

– Слышать мало. Мне воров найти нужно.

– Много украли?

– По мелочи. Кольца, брошь, деньги, что лежали в комоде.

– Думаете, наши сработали?

– Более некому.

Заезжие все на глазах. А местные давненько о себе не давали знать. Терпели. Видимо, кто-то не выдержал, сорвался. Присмотрись, может кто из блатных собирается лапти намылить из города. Сообщи.

– Понял. – Самойлов спрятал платок. – Вопрос можно задать?

– Слушаю.

– Вы, прошу прощения, в столицу собираетесь вернуться?

– С чего ты это взял?

– Так не случайно же вы взялись за приезжего. Через него можно назад в Петербург вернуться.

«Он что, мысли читать умеет?» – поразился Кнутов, с трудом скрывая эмоции.

 – Ай да пристав, ай да сукин сын…

– А если и так, то что?

– Правильно сделаете, – произнёс Самойлов. – Нечего вам молодость и талант гноить на периферии. Это нам, старикам, уже смысла нет возвертаться на большую землю. Не ждут там нас. Да и нам никто не нужен. По крайней мере, мне.

– Ой, Григорьич, тоже мне старик.

– Да вот. Через два года пятьдесят стукнет. Считай, жизнь прошла. Силы не те. И здоровье тоже, – пристав горько усмехнулся и добавил.

 – Но вам, Анисим Ильич, помощь оказать смогу. Не беспокойтесь. А вы меня с причала… К себе. Или по рекомендации.

Кнутов прищурился.

– Хитёр ты, Григорьич.

– А куда ж без неё, без хитрости окаянной деваться? Все хотят жить. И не просто жить, а в довольствии. Опостылела мне пристань. Мочи нет. Вы ведь знаете, в сыске прежде был. Моё это. Так возвернёте?

Кнутов налил водку, и, подняв рюмку, пообещал:

– Верну.