Свет венца

 – Кукишь тебе! Может, не тянуть время, вызвать охрану? Рано. – Сам себя остановил руководитель ВЦИК. – Кто знает, что в голове у немощного поляка? И ведь больной, и никак не сдохнет. Ладно, послушаем, что он тут станет молоть. В конце – концов, вызвать охрану одна секунда. Жаль, конечно, что Феликс переиграл по времени… Если бы ему, Свердлову, заранее сообщили о прибытии чекиста, сам бы прибыл к тому на Лубянку, в его кабинет, и учинил допрос: как вышло, что охрана Ильича, на момент покушения, оказалась сокращена? Почему Ленина не охраняли в людном месте? Кто разрабатывал стратегию охраны вождя? И так далее.

В нашем деле ведь как? Кто первым нанёс удар, тот и прав. Ну да ладно, что уж тут…

– Так что в Питере?

– Сегодня похоронили Урицкого. – Председатель ВЧК присел на край кресла напротив временного хозяина кабинета. – Что Ильич? Как он?

Ага, так ты сразу с поезда и сюда, – догадался Яков Михайлович. И на Лубянке не был. Это меняет дело!

Голос Свердлова смягчился.

– Как говаривали в былые времена, слава Богу, пронесло.

Конечно, на ноги встанет не скоро, однако, как утверждают врачи, кризис миновал.

Дзержинский сделал вид, будто в первый раз услышал данную новость, и с облегчением выдохнул.

Открывайся, Яков, – посылал мысленные приказы в сторону Свердлова чекист, – открывайся. Тебе ничего не грозит. Ты правильно отметил: я только что прибыл в Москву, ещё ничего не знаю о том, что тут творится. Сразу к тебе. А потому, бери инициативу в руки.

И Яков Михайлович купился на наигранную открытость Дзержинского.

– Жаль, конечно, Моисея. Но, после убийства Володарского, этого и следовало ожидать. Контрреволюция подняла голову. И не просто подняла, ощерилась. Вот, на Ильича совершили нападение.

– В том есть и моя вина. – С чувством выдохнул Феликс Эдмундович. – Пошёл на уступку Старику, повёлся на его просьбу, сократил штат охраны. А враг воспользовался.

Свердлов вздрогнул: вот тебе на, сам заговорил о том, что хотел сказать он.

А Дзержинский продолжил мысль:

– Но, в Петрограде я успел о многом подумать и во многом разобраться.

В конечном итоге пришёл к выводу: правильно сделал, что не вернулся в Москву. – Свердлов напрягся вторично. Что-то не нравилось ему в голосе чекиста. Слишком уверен Феликс. Даже чересчур. – Там, в Петрограде, я вышел на контрреволюционный заговор, центр которого находится здесь, в Москве. – Феликс Эдмундович отметил, как Яков Михайлович поёрзал в кресле худосочным задом: чуть – чуть заглотнул наживку.