Камень. Книга вторая

 – Мама уже который день ревёт и ничего не объясняет…

И как я должен сёстрам это всё рассказывать? Если остальные Романовы молчат?

– Маша, если не трудно, позови отца, – попросил я. – Если он разрешит… – она кивнула и пошла догонять цесаревича.

– Что случилось? – спросил он, а я посмотрел на сестёр.

– Папа, мы у Алексея про Гагариных спросили, – начала объяснять старшая сестра. – Вы же нам ничего не говорите…

Лицо цесаревича на секунду перекосилось, да так, что Маша с Варей отшатнулись, но он очень быстро взял себя в руки.

– Гагарины, говорите?.. – отец задумался на пару мгновений. – Хорошо. Всё равно узнаете. Сын, расскажи сёстрам про нападение. В подробностях, – кивнул он.

Когда я закончил, Маша с Варей смотрели на меня круглыми глазами.

– Слушайте дальше, дочки, – отец озвучил им результаты расследования, проведённого канцелярией и корпусом.

Не забыл он упомянуть и о судьбе двух воевод и их семей, отчего сёстры сильно побледнели.

– Сейчас все Гагарины находятся в канцелярии, выяснение подробностей продолжается.

– А зачем они всё это сделали? – спросила Варя.

– Я тебе потом объясню, – шикнула на неё Маша и вновь посмотрела на отца. – А… мама?

– Мама виновата лишь в том, что первому сообщила о вашей неродившейся сестрёнке князю Гагарину.

– Понятно… – протянула она. – Мне, наверное, тоже перед Алексеем извиниться надо, пап? Вроде как и моя вина есть?

– Твоей вины нет, Машенька, – он улыбнулся в первый раз за всё время беседы.

Старшая сестра повернулась ко мне и поклонилась:

– Алексей, прости меня, пожалуйста!

Отвечать я не стал, шагнул вперёд и молча её обнял.

– Очень рад, дети, что вы выяснили отношения, – продолжал улыбаться отец. – И помните, что мы одна семья!

– Отец, можно с тобой переговорить? – спросил я.

– Конечно, – кивнул он. – Девушки, догоняйте остальных.

Глядя в след удаляющимся сёстрам, я сказал:

– У меня вопрос. И касается он моих способностей. Дед упомянул, что ими обладал Александр Первый, в том числе и «Царским гневом». Они с Прохором отказались мне хоть что-то рассказывать, заявив, что это способности Романовых.

– Это действительно так, Алексей, – кивнул отец. – Если говорить кратко, Александр Первый умел многое из того, что демонстрируешь ты.