Камень. Книга шестая

Ладно, я поехал, а ты дождись своего… непосредственного начальника, может, чего путного присоветует.

***

Первым делом после того, как ушел Пафнутьев, а капитан Уразаев принес мне камуфляж с берцами и провел краткий инструктаж, я набрал Вику Вяземскую. Хоть её и должны были предупредить о моем скоропостижном переводе на учёбу в ее родное училище, но личного общения ещё никто не отменял.

– Романов, надеюсь, ты ещё не успел на губу влететь? – Вика восприняла мой перевод со здоровым юмором.

– Совсем чуть-чуть оставалось, да Пафнутьев от гнева генерала Ушакова спас.

– Смотри, Ушаков в ярости страшен! Курсантам он в эти моменты внушает чувство животного ужаса, по себе помню!

– Вика, видали мы лилипутов и покрупнее! – хмыкнул я.

– Ладно, Романов, жду тебя завтра дома с подробностями.

– Буду, – пообещал я.

Деду Михаилу, Прохору и отцу звонить не стал, им все должен был рассказать Виталий Борисович, а набрал Алексею и иносказательно отчитался ей о последних событиях.

– Лёша, судя по тону, которым ты всё это мне рассказал, у тебя все более-менее нормально.

– Именно, – подтвердил я.

– Тогда все подробности при встрече. У меня тоже всё хорошо…

Алексия сообщила, что концерты у неё проходят по плану и с полным аншлагом, отзывы отличные, а в Москву она возвращается в середине следующей недели и начинает готовиться к «новогоднему чесу», заявок на который у неё накопилось уже великое множество.

Следующий, кому я набрал, был Андрей Долгорукий. Ему я пообещал быть завтра на вечеринке малого света.

Долгорукий передал мне привет от своей сестры и Инги Юсуповой и слегка пожурил за долгое отсутствие «в эфире», мол, девушки очень волнуются и, как обычно, его достают.

Последними у меня оставались два брата-акробата:

– Лёха, мы сейчас ужинаем, а после сразу к тебе! – сходу мне заявил Николай. – Какой у тебя номер комнаты?

– 220.

– Жди, через полчаса будем.

За эти полчаса я успел разложить вещи и убрать весь алкоголь, кроме коньяка, в холодильник, а также примерить один из комплектов принесённого капитаном Уразаевым камуфляжа с берцами.

Судя по моим впечатлениям и отражению в зеркале, курсант из меня получался образцовый: нигде ничего не жало, не пузырилось, все сидело как влитое. Мое самолюбование прервал требовательный стук в дверь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.