Камень. Книга шестая

Члены совета одобрительно загудели.

– У меня такое же ощущение, – кивнул Пётр Александрович. – Коля, что делать будешь?

– А что я могу? – раздраженно бросил тот. – Вы сами все видели. Я бы его, конечно, при других раскладах услал в какое-нибудь другое военное училище подальше, так толку все равно не будет! А получится ровно то, что он пообещал! Да и с точки зрения безопасности Алексея из Москвы куда-то отпускать нельзя. Вижу только один вариант, надо его срочно женить.

– Чтоб он так же нам в лицо рассмеялся? – вздохнул Александр Александрович.

– Уважаемые родичи! – Император оглядел стол. – Оставим критику в стороне. Ещё раз спрашиваю, у кого есть дельные предложения?

На несколько секунд повисла тишина, а потом Владимир Николаевич сказал, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Да, крепко нас Алексей Александрович за яйца держит…

***

– Геннадий Иванович, голубчик, и как вы мне прикажете вот к этому относиться?

Генерал-лейтенант Ушаков Валерий Кузьмич, начальник училища, тряс какой-то бумагой перед лицом одного из своего заместителей, полковника Удовиченко, который на самом деле был прикомандированным сотрудником тайной канцелярии, и об этом знали не только преподаватели училища, но и его курсанты.

– Я не знаю, Валерий Кузьмич, – пожал плечами полковник. – Никаких дополнительных инструкций по своей линии я пока не получал.

– А о репутации нашего нового курсанта ты слышал? – Генерал продолжал трясти бумагой.

– Безусловно, Валерий Кузьмич, – кивнул тот. – Очень толковый молодой человек, участник боевых действий, орден имеет в свои семнадцать лет…

– Толковый? Орден имеет? Да что ты такое говоришь? – с грустным видом усмехнулся Ушаков. – У нас уже служат два других толковых молодых человека, которые тоже участники боевых действий с орденами. – Генерал сел в рабочее кресло и принялся перечитывать бумагу, присланную из императорской канцелярии в качестве сопроводительного письма к документам из университета.

 – Геннадий Иванович, я цитирую сопровод: своенравен, конфликтен, противится любому контролю со стороны, резок в высказываниях, обладает недюжинными лидерскими способностями, чинопочитание отсутствует полностью, индивидуальная боевая подготовка на высочайшем уровне, ценности человеческой жизни не признает, склонен к применению насилия, жесток! – Ушаков схватился за голову.