Камень. Книга девятая

У меня вопрос другой: может ли российская сторона доверять информации, предоставленной шевалье Бланзаком? – Я повернулся к нашей компании и пояснил: – В прошлый раз мы из-за шевалье чуть не… погорели на ровном месте.

Людовик нахмурился:

– Могу заверить уважаемую российскую сторону, что информация всесторонне проверена и ей можно доверять.

– Теперь мы спокойны, государь, – я обозначил поклон. – Но хочу предупредить, что, если случится очередной прокол, я шевалье Бланзака покалечу.

Упомянутый сотрудник спал с лица, а Людовик стал мрачнее тучи:

– Александр, – он смотрел на моего отца, – угомони, наконец, молодого человека.

Родитель поднялся и тоже обозначил поклон:

– Конечно, государь, – и повернулся ко мне. – Алексей, веди себя прилично и не смей больше угрожать шевалье Бланзаку! Если что пойдет не так, я его сам покалечу.

– Как скажешь, папа, – и я с чувством выполненного долга уселся обратно в кресло, успев обменяться с довольным Нарышкиным взглядами.

Людовик дальше «лезть в бутылку» не пожелал и объявил:

– Планирование и командование операцией предлагаю передать под контроль уважаемого генерала Пожарского. Генерал?

– Благодарю за оказанное доверие, государь, – дед Михаил встал и поклонился. – Молодежь может быть свободна, в план операции мы вас посветим позже.

Собравшегося на выход меня перехватил родитель:

– Лешка, ты как, способен работать?

– В качестве обычного боевика способен, а вот остальное… – и указал на Ваню с батюшками, сидевших позади всех.

– Принято. И проведи с молодыми людьми разъяснительную беседу по поводу того, что из себя представляет доспех швейцарцев. Мы, понятно, не планируем использовать твоих друзей в качестве непосредственных исполнителей, но все же…

– Сделаю…

Наша компания не придумала ничего лучшего, как пойти на пустующий пляж. Искупавшись, расположились у бара и заказали безалкогольные напитки.

– Спрашивайте, – улыбался я, наблюдая за «терзаниями» друзей.

– Где этот Бланзак успел накосячить? – загудел Багратион.

Любопытство читалось на лицах и Стефании Бурбон, и Виктора Нарышкина – судя по всему, родичи с ними не поделились подробностями той операции.

– Было тут одно дело с наглым швейцарским банкиром, пожелавшим залезть сразу во все карманы, – хмыкнул я. – Закончилось все нормально, но вот в процессе пришлось напрягаться.