Камень. Книга пятая

Учитывая твою тягу к тотальному контролю и желание всегда быть над ситуацией, а также ночной визит к любимому сыну, который тебе никогда и ни в чем не отказывал, и нежелание общаться со мной на озвученную выше тему, напрашивается простой вывод: ты, Машенька, задумала какую-то интригу, связанную с арестом Пафнутьева. Поделишься?

– Неужели я такая предсказуемая? – вздохнула императрица и отложила наконец планшет в сторону.

– Просто я тебя за столько лет успел изучить, – улыбался император. – Но хоть убей, догадаться о твоей очередной пакости фантазии с изощренностью мне не хватает.

– Все достаточно невинно… – Мария Федоровна сделала вид, что смущена. – Пафнутьев должен ответить за то, что тогда явился к Дашковым вместе с Алексеем.

– Маша, ты же понимаешь, что Виталий фактически защищал твоих родственников от расправы со стороны Алексея? И я еще не говорю про твою роль в этих событиях!

– Понимаю, – кивнула она. – Но он все равно должен ответить. Вернее, его семья…

– Приехали… – нахмурился император.

– Ты чего завелся-то, Коля? – хмыкнула императрица. – Я же говорю, все достаточно невинно. Одна из моих доверенных валькирий должна будет в понедельник найти кого-нибудь, кто позвонит Виталькиной супруге и сообщит ей, что тот сейчас не в какой-то там командировке, а в Бутырке, и что его вечером благополучно казнят. Только представь, что в семье Пафнутьевых начнется? Пусть они на месте Дашковых себя почувствуют.

– Ну, мать, ты даешь! – Император нахмурился еще больше. – Это, по-твоему, невинно? Хотя да, для тебя подобное действительно вполне невинно. Как и для меня, впрочем… А ты подумала о том, что это все станет известно Алексии, которая тут же позвонит Алексею?

– Конечно, дорогой! – Императрица довольно кивнула. – Это было бы вишенкой на торте всей интриги! Пусть внучок тоже поволнуется, решая проблемы своей девки.

Император несколько секунд задумчиво разглядывал супругу, а потом заявил:

– Это ты отлично все придумала, соглашусь… Главное, дешево-сердито, всего один телефонный звонок… Но звонить, Машенька, будут мои люди, и скажут они, что Пафнутьева казнить будут по ходатайству князя Дашкова…

Императрица побледнела, вскочила и сжала кулачки:

– Ты этого не сделаешь, Коля!

– Еще как сделаю, Машенька, – хищно улыбнулся он.