Камень. Книга четвертая

Будь уверен, несчастный случай нам с тобой гарантирован или, что хуже, Бутырка с последующим приёмом в ней для остальных родов. Пойми, сынок, я с тобой всё это обсуждаю только для того, чтобы ты потом не делал вот таких вот ошибок и не принимал скоропалительных решений, – улыбался князь. – Понял меня?

– Понял.

– И давай забудем, о чём мы с тобой только что говорили, здоровее будем.

– Уже забыл, отец.

***

– Смотри, отец, – Дмитрий Владимирович Воронцов вышагивал по кабинету военного министра Российской Империи, – Никпаи напали втроём, а вот здесь, – генерал подошёл к отцовскому столу и на его компьютере нашёл нужный момент на записи, – Алексей Александрович гасит первого, который и не думает применять стихию, хотя на приближение великого князя реагирует заблаговременно и поворачивается в его сторону.

– И что, Дима? – ничего не понимал князь.

– А то, что обычную дурилку картонную Никпаи с собой для массовки на такое ответственное дело брать бы не стали.

– Э-э-э, Дима! – строго посмотрел на сына министр. – Ты за языком-то следи! Нашёл, тоже мне, ответственное дело! Это покушение на Романовых, на секундочку! Совсем ты в этой своей разведке профессионально деформировался!

– Брось, отец! – поморщился генерал. – Морали своим лизоблюдам в лампасах читать будешь. Ты понял, о чём я говорил?

– О дурилке картонной, – кивнул министр. – У меня к вечеру совсем голова перестаёт соображать. Можешь проще объяснить?

– Это однозначно колдун, отец! И Алексей Александрович его не случайно первым загасил.

– Ну-ка, ну-ка… – князь потянулся за очками. – Включи запись с самого начала… Точно! Это был колдун, Димка. Ты обратил внимание, какие дворцовые в самом начале вялые были, хоть их и показали мельком?

– А я тебе про что говорю? – генерал был доволен.

– И Алексей Александрович был нацелен именно на него… – протянул князь.

– Я хочу к себе Алексея Александровича, – ответил генерал.

Князь аж крякнул от неожиданности.

– А рожа у тебя не треснет, сынок, такое просить?

– Он же у Орлова служит, пусть государь его к нам переведёт. Ты, отец, переговори аккуратно с его величеством, от тебя не убудет.