Знамя

Вдруг рядом с ней появилась искра от окрещённых клинков и тут же всё стихло. В паре метров появились очертания Шэйрэна, парировавшего чей-то удар, после чего он сразу пропал. Рифая встала в боевую позицию, она видела только отблески битвы, звуки и искры, бой проходил так быстро, что и альвийский глаз не был в силах уловить его. С резким грохотом в лесу упал целый ряд экезских деревьев, и кто-то отлетел. Это был старик, он сразу же оказался на земле, будто телепортировался, перед незнакомцем появился Шэйрэн и оттащил что-то у самого лица старика, выбросив в сторону леса.

Ладонь его вспыхнула сердитым огнём невообразимого размера, превращая в пепел половину леса. Рифая и старик обомлели, Гурз полетел прямо за пожаром.

– Ты кто, старче?

– Имя мне Вагуф, родом я вон оттуда, – аксакал пальцем указал в сторону небольшого поселения у подошвы горы.

Пожилой мужчина был с приятной внешностью, одет в белую туникообразную рубаху, темно-коричневые штаны с перемычкой через ступню и бармак, вся его одежда была изношенной.

– Вы кем будете, молодые люди? – спросил старик, поглядывая на них оценивающим взглядом.

– Куда путь-дорогу держите?

– Я Шэйрэн, она Рифая, путь держим в Хефрос.

– Извините, а кто это был? – невольно шагнув вперёд, спросила Рифая. – Почему вы бились?

– Знать не знаю того юнца, и намеренья его мне неясны, – в прежней манере указал на гору Вагуф, – он напал на мой дом.

– Твои намеренья мне тоже были неясны, старче, почему просто парировал удары, почему ты его не трогал? – вопросом на ответ начал Шэйрэн.

– А ты силён, паренёк, – улыбнулся старик.

– Ты сильнее, – протянул руку Шэйрэн.

Крепко пожав руку, Вагуф пригласил ребят погостить у него. К удивлению Рифаи, Шэйрэн сразу согласился. она загадочно смотрела на него, не понимая, почему он вдруг стал настолько раскрепощённо вести себя. Подойдя ближе к поселению, они поняли, что это целый город у горы, часть которого расположена прямо в сердце горы, усыпанной деревьями, отдалённо напоминающей ежа.

Проходя через улицы загадочного городка, Рифая то и дело останавливалась, любуясь своеобразной архитектурой. Снизу дома строились из самана с добавлением соломы и булыжника, поражали большим обилием балконов и галерей, декор был наиболее простым: прорезка консолей, карнизов и подбалок, подкрашивали, всячески украшали и цоколь.