Знамя

Рифая вскрикнула от боли, а Фаард подорвался с места, со словами:

– Что ты творишь?!

– Завались и сядь обратно, – после слов Шэйрэна копьё нацелилось прямо в горло Фаарду.

Стихотворцу ничего не оставалось, как, смирившись, сесть обратно и погрузиться в свои мысли.

Шэйрэн смотрел на валяющуюся на земле Рифаю.

– Вставай.

Полуальв с трудом встала и рукавом вытерла слёзы, понятия не имея, что происходит и зачем Шэйрэн всё требовал, чтобы она атаковала. Рифая как будто бы его не слышала. Тогда Шэйрэн крепко взял за её шкирку и оторвал от земли.

– Я сказал тебе бить, – бросил он Рифае, – не смей терпеть.

Она не верила, что этот на самом деле добрый господин примется беспощадно её избивать. Девушка встала и, стиснув зубы, нанесла удар, Шэйрэн вёртко увернулся и в ответ хлёстко вдарил Рифае по животу, да так, что у неё аж перехватило дыхание. Рухнув на землю и не в силах издать ни звука, Рифая начала рыдать, будто ребенок, выпоротый отцовским ремнём, захлебываясь своими же слюнями.

– За что господин, за что? – выдавливала из себя Рифая в надежде, что это всё неправда и ей лишь показалось.

– Встань на ноги, – сухо, без какой-либо жалости, произнёс парень, – нанеси удар.

Рыдая, Рифая встала. Она посмотрела на Шэйрэна, а затем на Фаарда. Рифмоплёт сидел, опустив голову. Безрезультатно попытавшись найти спасение, девушка с криком замахнулась, но сразу же отлетела на несколько метров от пинка. Выронив меч, Рифая потеряла сознание. Проснулась она на следующее утро. К её удивлению, у нее ничего не болело и не было не только никаких следов от побоев, но и бинтов тоже.

Позавтракав вчерашним жарким, Рифая встала, осмотрелась и не увидела поблизости ни Шэйрэна, ни Фаарда.

– Проснулась? – откуда-то с верхних рядов веток донёсся грубый голос Шэйрэна, – бери меч и готовься.

– 3-зачем? – Рифая надеялась, что это был сон. – Господин Шэйрэн, прошу…

– Защищайся или бей! – он резко начал наступление.

Рифая нанесла удар и быстро отпрыгнула назад, но Шэйрэн был быстрее и, сбив её с ног, пнул в бок. Боль мигом пронзила девушку, но она изо всех сил сдерживала слёзы. Аккуратно встав и держась за бок, она вытерла пробившиеся слезинки, а Шэйрэн, в свою очередь, повторял одно и то же слово: «Бей!»

Но Рифая наотрез отказывалась прислушиваться, и тогда Шэйрэн нападал первым. Замахнувшись, Рифая почувствовала, что меч для неё был уже невыносимо тяжёлым.