Хранитель

Собака была беспризорной или, быть может, сбежала из дома по какой-то причине.

– Милая, ты видишь его? – спросил я Камилу.

– Что? – Она оторвалась от созерцания вереницы родственников, выстроившихся перед гробом. – Ты ведь не про своего отца говоришь?

– Нет. Про собаку, вон там. – Я указал рукой в сторону холмов, но пес уже исчез.

Камила смущенно и непонимающе уставилась на меня. Должно быть, подумала, что я немного помутился рассудком из-за похорон, однако это было далеко от истины. Конечно, мне было тяжело, невыносимо грустно, но соображал я ничуть не хуже, чем в любой другой день.

Пес скрылся в траве – побежал по своим никому не ведомым делам, вот и все. Он ведь живой.

Я взглянул на черно-белую фотографию отца, прикрепленную к деревянному кресту. На ней хорошо запечатлелись мужественные черты лица, однако совершенно не передавались особенности глаз. У отца была гетерохромия: одна радужная оболочка каряя, другая – зеленая. Мне часто казалось, что один глаз был веселым, а второй – серьезным, независимо от настроения папы.

Но в черно-белом цвете все едино.

М-да, кто бы знал, насколько сильно мне будет не доставать отца. Сколько еще возникнет моментов, когда захочется позвонить – посоветоваться или просто поговорить – только звонить будет некому.

Похороны прошли. Все разъехались по домам. Жизнь продолжалась.

***

Спустя два дня после похорон я встретил Пса вновь. Жаркое лето совершенно не настраивало на рабочий лад, однако до отпуска было еще далеко.

Камила соорудила завтрак на скорую руку. Мы разместились в гостиной, потягивая кофе и обсуждая планы на сегодня. Я должен был ехать в офис к директору, а Камилу отправляли участвовать на конференции по биотехнологиям – не самое увлекательное мероприятие, просто кто-то должен был обеспечить явку от фирмы, в которой она работала.

– Ты ведь специалист по маркетингу. Почему выбрали тебя? – удивился я.

– Потому, что я самый ответственный человек в компании.

И потом, новые знания никогда не бывают лишними, – ответила Камила. – Подвезешь меня?

Мне было по пути. Впрочем, для нее и большущий крюк сделать было не жалко.

Направив автомобиль к выезду с парковки, я взглянул в зеркало заднего вида и вздрогнул. Пес стоял на задних лапах, опираясь передними на ограждение. На его морде застыло свирепое, если не злобное выражение. Приподнятые и чуть дрожащие верхние губы демонстрировали клыки внушительных размеров.