Я твой день в октябре

Приходи сейчас. Я выйду. Скучаю по тебе.

– Я сильнее скучаю, – сказал чистую правду Лёха. – Только сегодня не получится. У меня дома шестнадцать родственников, не считая маму и отца. Сосед, инвалид без ног, со старой квартиры на тележке приехал. Жена прикатила тележку с Михалычем через весь, считай, город. Нельзя мне их сегодня бросать.

– А что случилось? Всё в порядке у вас? – Надежда испугалась. Голос дрогнул.

– Блин. Не хотел же говорить, – Лёха легонько стукнул кулаком по двери будки. – Мне сегодня девятнадцать лет стукнуло.

– Ну а мне почему не сказал? – она, похоже, натурально обиделась. – Я чужая, да?

– Ты моя, – Лёха сказал это так нежно, будто перед ним был цветок мака полевого, а не трубка из толстой пластмассы. Лепестки мака, если резко на них дунуть, сразу осыпаются. – А не сказал потому, что ты стала бы подарок искать мне. А мне стыдно от тебя брать подарок. Я его не заслужил пока.

Надя засмеялась.

– Поздравляю. Девятнадцать. Мужчина уже. Здорово! А у меня в январе день рождения. К январю я подарок тоже успею заслужить. Хотя у меня подарок от тебя уже есть на все мои праздники. Ты сам.

– Ну, вот, – обрадовался Лёха. – Значит, и у меня от тебя подарок есть. Это ты сама.

– Прибеги хоть на пять минут, Алексей, – Надя сказала это так, как маленькие дети уговаривают маму купить шоколадку или мороженое.

– Выходи через… – Лёха прикинул свои беговые возможности после праздничного ужина и трёх бутылок лимонада. – Через восемь минут.

Он, не глядя, набросил трубку на рычаг и вылетел из будки, как камень из рогатки.

Они встретились возле подъезда, обнялись и простояли так без слов и поцелуев полчаса, не меньше. Было им тепло, уютно, приятно и грустно. Наверное от того грустно, что любовь их и близость сердец были больше похожи на испытание, чем на счастье. Каждая минута встречи приближала расставание и хоть недолгую, но мучительную разлуку.

– Что же будет с нами? – сама себя спросила Надежда и подняла глаза. Темные и глубокие как вечность.

– С нами будем мы с тобой. Всегда, – Лёха поцеловал её сухие губы и сделал шаг назад. – Так будет. Я сказал.

– Хорошо бы, – Надежда тоже отошла, но руку Лёхину держала нежно за пальцы и не отпускала. – Ну, всё. Беги. А то праздник без главного героя – пьянка простая. Беги.

– Люблю тебя, – прошептал Лёха.