Адские разговоры

А если нет? В средние века хмуро посмотрел на кого-то, кто искусно владеет мечом и шпагой, – карма была моментальной. А теперь обязательно накажут за превышение самообороны, если просто дашь по морде. Интересно, что в фильмах часто стали показывать душегубов, которых, оказывается, нужно жалеть и прощать. За что? За то, что после убийства двадцати-тридцати человек он пожалел, скажем, умирающую собачку, засохший цветок. Или птичку с перебитым крылом выходил и выпустил на волю. Неважно, что она превратилась в ручную и тут же сдохла под какой-нибудь машиной, потому что так и не смогла встать на крыло.

Но злодей проявил сочувствие. Глупость какая-то. Кости убийцы должны белеть там, где его нашли, – так я понимаю справедливость.

– Твой босс пока никого не убил. Значит, не все так плохо. Думай позитивно – и все наладится. Вселенной, или кто там следит за балансом добра и зла, твоя теория вряд ли бы понравилась, – зарядил свою пластинку Толик. – Представляю, как сейчас сам на твоем месте злился бы, но…

– Это называется эмпатия, – подловил я Половинкина, совсем недавно рекомендовавшего не испытывать чужие эмоции.

– Что?

– Теперь верю, брат, что ты действительно изменился. Но скажи, если способности утрачиваешь, знания-то должны оставаться? – появилась идея, которую мог реализовать только бывший Ельник.

– К чему ты клонишь?

– Ты же технически можешь провести обряд своего «елочного вуду» и нейтрализовать врага?

– Блин, жопоежики копченые, я же сказал, что с этим завязал.

– Ну так развяжи.

Это будет в последний раз. Прошу, выполни просьбу. Жизни друзей под угрозой. Да и мы не знаем, что нас там ждет. И Алик точно рассчитывает на нас. Думаю, он, как всегда, в своем репертуаре не просто кричал, а обращался к нам: «Надо ели».

Половинкин запыхтел в негодовании, потом взял себя в руки и, немного подумав, заявил:

– В последний раз! Понял? У тебя есть дерево?

На мою искусственную елку Толик посмотрел презрительно и назвал ее суррогатом.

– Шансы минимальные. И воздействовать сможем на одного «клиента».

Кстати, кто им будет?

Мы переглянулись и поняли, что думаем об одном и том же претенденте. Толик деловито смахнул все игрушки с елки. Гирлянду разрезал и верхней частью провода обмотал место возле верхушки. Две ветки посредине завязал в крепкий узел. Что он при этом приговаривал, расслышать не удалось. Кажется, что-то про настоящие иголки.

– Авось сработает, – мрачно произнес Половинкин, вытирая ладони после выполненного обряда.