Расследование. Насморк (сборник)

Запекшийся красный шрам тянулся через весь его лоб, исчезая в густой шевелюре.

– Я даже не почувствовал. Был смертельно напуган, мне показалось, что удалось его объехать, то есть я на самом деле миновал его, и даже не знаю, как зацепил, возможно бампером, когда меня занесло. Он лежал и не двигался. Я принялся растирать его снегом, я вообще не думал о себе, хотя кровь заливала мне глаза. Он был без сознания, поэтому сначала я решил доставить его в больницу, но никак не мог завести машину стартером, что-то сломалось, не знаю что.

– Вы перенесли его в кювет. Почему не в машину?

– Ну… – заколебался молодой человек, – потому… потому что вроде бы потерявшего сознание надо уложить ровно, а в машине места нет. Я сразу подумал, что если он будет лежать посреди дороги, то кто-нибудь может наехать…

– Хорошо. В каком часу произошел несчастный случай?

– Вскоре после пяти. Возможно, минут десять-пятнадцать шестого.

– Когда вы бежали к селению, кого-нибудь встретили на шоссе?

– Нет, никого.

– А до этого, когда ехали, вам никто не попадался? Пешеходы? Машины?

– Пешеходы – нет. Машины? Тоже нет. То есть я обогнал два грузовика, но это было еще на автостраде.

– Откуда вы ехали?

– Из Лондона.

Наступила тишина. Смитерс приблизился к Грегори.

– Господин инспектор… я могу сейчас уйти? И кстати, что будет с машиной?

– О машине не беспокойтесь, – бросил комендант от окна. – Если хотите, мы направим ее в какой-нибудь гараж.

– Благодарю. Это очень кстати. Только мне придется телеграфировать относительно денег. Можно… можно мне уйти?

Грегори, обменявшись с комендантом взглядами и слегка кивнув, произнес:

– Прошу оставить свои подробные персональные данные и адрес. Адрес, по которому вас можно разыскать.

Смитерс повернулся на каблуках и замер, сжимая пальцами дверную ручку.

– А… что с ним? – тихо спросил он.

– Может быть, выкарабкается. Пока неизвестно, – сказал комендант. Смитерс открыл рот, но ничего не сказал и вышел. Грегори повернулся к столу. Подпер голову руками. Его охватила непонятная усталость. Хотелось так и сидеть, ничего не говорить, не думать.

– От чего же он убегал? – вдруг громко произнес он, неожиданно для самого себя. – От чего, черт возьми, он бежал?

– Может, скорее, от кого? – подсказал комендант, усаживаясь за стол.

– Нет.