Карнавал

При этом из бюджета Нацпарк не получил ни копейки, с ним рассчитывались приобретатели участков или их «друзья» и «дальние родственники». Именно на одном из таких участков и сидит теперь в заточении автор этой гениальной схемы. Круг замкнулся.

– Чем будем дыру затыкать? – Пахом Анатольевич строго посмотрел на своего зама по экономике и финансам.

– Надо провести скрытые работы. Трубы какие-нибудь где-нибудь закопать… – зам по экономике снял вспотевшие очки и начал усиленно их протирать.

– Какие трубы?! Куда закопать!? У нас оба трубокопа уже на нарах загорают!

– Тогда праздник какой-нибудь организуем… Такой, с большим бюджетом.

– Как твой день рождения, что ли? Сколько ты тогда из казны позаимствовал?

– Ну, я же все вернул, Пахом Анатольевич..,– зам по экономике дрожащей рукой надел очки на нос и виновато посмотрел поверх них на Главу города.

– Не ты, а кум твой. Кстати, может вы все потрясете своих этих «родственников», «друзей детства», кому мы там еще «помогали»?

– Ну, у нас есть для этого фонд ОЗЧ.

– Главный эконом муниципалитета опять снял очки, дунул на них и принялся протирать по новой.

– Какой фонд?

– Фонд общества защиты чиновников. Вот Карен Карапетович пусть расскажет.

Карен Карапетович не работал в Администрации и не был чиновником, но почему-то всегда присутствовал почти на всех важных совещаниях и всех без исключения корпоративах. Некоторые думали, что он «официальный представитель от братвы», другие считали, что он «смотрящий из органов», но и те и другие были не правы.

Карен Карапетович был представителем деловой общественности, призвавший сам себя доносить чаяния предпринимательского сообщества до органов власти. Для убедительности Карен Карапетович создал фонд общества защиты чиновников и организовал среди группы своих единомышленников – неравнодушных граждан – регулярный сбор добровольных взносов.

– Мы можем покрыть половину.., – Карен Карапетович выдержал многозначительную паузу, внимательно оглядев всех присутствующих, взял в руку карандаш и взмахнул им, как дирижёр, готовящийся управлять оркестром, – Ну или две трети, если все это будет потрачено на замену тротуарной плитки.

– Навариться на нас хочешь? – Пахом Анатольевич сурово сдвинул брови. Тротуарную плитку в городе называли «колодрыжкой» по фамилии прежнего мэра Николая Андреевича Колодрыжного, во времена правления которого тротуары менялись вместе с опавшей листвой, иногда даже чаще.