Шпион

Годил, так сказать.

– Слушай и не перебивай. Вопросы после. – Комов сделал паузу, подумал. – В этом доме живет один человек. Близкий мне человек. Сейчас он под домашним арестом. Разошлись мы с ним по ряду вопросов.

Комов сделал паузу, наблюдая. Я не шевельнул ни одним мускулом, хотя чуть не издал возглас удивления. Бершин следил за нами обоими, держа стакан на груди и прикрыв веки как игуана на солнцепеке.

– Он психически… э-э, нестабилен, скажем так, – продолжал Комов. – Есть свои тараканы и дурацкие мании. Поэтому и – карантин.

А не из-за наших разногласий. Я хочу, чтобы ты это уяснил. Уяснил?

Бершин еле заметно кивнул мне головой.

– Уяснил, – сказал я. – Близкий чел. Есть мании. Живет под арестом. Все понятно.

– Пару месяцев назад он еще мог покидать дом. Тогда он украл у меня одну вещь. Сумка кое с чем важным. Он ее выкрал и где-то спрятал. Видимо в доме, но не факт. Твоя задача: найти сумку. Задача непростая. Я бы даже сказал, напоминает игру.

– Квест, типа? – спросил я. – Собери паззл?

– Помолчи.

Паззл – не паззл… Как получится. Я жду, что ты войдешь к нему в доверие и аккуратно расколешь. Нельзя, чтобы он заподозрил, что ты мой шпион. Тогда все сорвется, он замкнется и ничего не скажет.

Комов снова помолчал, попереглядывался с Бершиным, продолжил:

– Залог успеха в том, что ты внедришься в домашнее окружение под видом его дальнего родственника. Ну, то есть, нашего… Ты, якобы, приехал искать работу в Москве. На недельку попросишься пожить здесь, на гостиницу, мол, денег нет.

А тут места хватит. Он парня не видел лет семнадцать, ничего не заподозрит. Сколько тебе лет?

– Тридцать.

– За двадцать пять сойдет. Покрасим волосы, поменяем одежду. Зазубришь легенду, историю семьи и – вперед. Расположишь его к себе, вотрешься в доверие. Пусть выложит все свои тайны!

Комов аж придвинулся, испепеляя меня взглядом. Лицо каменное, в складках. Мне на миг стало не по себе, но я прогнал это ощущение. Знаем мы такие взгляды. Не на того напал, дядя.

– Вкратце так, – сказал Комов, и лицо его чуть разгладилось.

 – Решай сейчас. Готов? Потянешь? – Пауза. – Соку? Минералки?

– Соку, – сказал я и откашлялся.

Комов встал и прошел к минибару. Пока он звенел стеклом, я пытался понять, чему следовать: инстинкту самосохранения или зову денег. Да, бабла у Комова можно отжать неслабо, скупиться он не станет… Мокрухи и правда на горизонте не наблюдается. Я, конечно, за любой кипеж, но что-то тут мне не нравилось, что-то не срасталось.