Тени Обратной Стороны. Часть 1. Заблудший путник

 – Как-то всё сложно у тебя, – прижав глаза ладонью, простонал Генрих. – Темнишь, по-моему. Ох. Ты, Швайгер, что думаешь? Справится?

Кастелян выпучил глаза и развёл руками, но когда барон надавил на него взглядом, повернулся к Айдану и промолвил:

– То есть я правильно понял, что ты спёр эльфовы записки, разобрался в них и смастерил такую же колдовскую штуковину, как у него, да?

– Ну, не то чтобы спёр. Я…

– Это называется «спёр», – Швайгер по-отечески улыбнулся и кивнул.

– А в остальном да, так.

– Ясно, – кастелян посмотрел на барона.

– Кхм. Он сразу не мог сказать по-нормальному?

Айдана тряхнуло: страх ослабил немного свою хватку, и напряжение затекшей спины разрешилось неудержимой судорогой. А что это в глазах одного из близнецов? Уж не любопытство ли?

– Да чтоб тебя… – ненадолго прояснившись, лицо барона вновь оплыло, и, страдальчески посмотрев на кастеляна, Генрих воскликнул: – Я думал, он колдун!

– Зато он исследователь! – бодро возразил Швайгер.

– Посмотри, трясётся, как осиновый лист!

– Осмотрительность – лучшая подруга рыцаря!

– Он мямля!

– Но вдумчивый! – радостно гаркнул кастелян.

– Скажешь, у него получится?

– У меня получится! – уязвлённый и претензиями одного, и дурачеством другого, воскликнул Айдан. Сразу понял, что лучше было молчать, но Швайгер уже простёр к нему руку и возвестил так, словно представлял на турнире знаменитого смутьяна:

– Да он рвётся в бой!

– Кхх… пхх, – скривившись, как от кислятины, с чувством произнёс Генрих.

– А что надо делать?.. – запоздало вставил Айдан. – Вы расскажете?

– Он меча в руках не держал.

– А что вы теряете? – парировал Швайгер. – В худшем случае всего лишь одного хрониста. Ланциг не оскудеет; когда я последний раз считал, их было две дюжины с гаком – один туда, один сюда, не заметите даже.

Айдану весьма не понравилось, что цвет гевинтерского монашества считают на дюжины, как яйца, и намёки кастеляна тоже не вселяли уверенности.

Попытавшись осадить близнецов, которых раззадорили арифметические упражнения с хронистами, и ничего не добившись, Генрих снова уставился на гостя.