Под знаком Амура. Благовест с Амура

Любовник он превосходный.

– Разве этого мало? – удивилась Катрин.

– Прежде было достаточно, а теперь… – Элиза покачала головой. – Я сказала: любовь прошла. А иногда думаю, была ли она вообще? Может быть, мне просто требовалось лекарство от одиночества.

– Я тебя понимаю, – призналась Катрин. – Когда я узнала, что Анри погиб, отчаяние просто захлестнуло меня, а рядом оказался Николя – нежный, внимательный, ничего не требующий. И меня потянуло к нему с такой силой, что я не могла противиться. Сама пришла к нему, и он не обманул мои ожидания.

Во всем. Поэтому, когда Анри появился снова, мое сердце сделало выбор не в его пользу. Он это понял и, к счастью, исчез.

– Просто ты его разлюбила. У тебя – новая жизнь, до краев наполненная делами. Ты помогаешь мужу, у тебя есть свои дела в попечительском совете Сиропитательного дома, ты ищешь деньги для театральных спектаклей, принимаешь участие в заседаниях географического общества – да всего не перечислить. А я сижу дома, пиликаю на виолончели для своего удовольствия.

Ужас!

– Теперь, когда ты родила Васятку, думаю, время для виолончели вряд ли останется. Если бы ты знала, как я тебе завидую!

– Чему завидуешь? Что в этом хорошего? – грустно усмехнулась Элиза. – Нет, я сына люблю, даже не ожидала, но… пеленки, горшки, болячки разные… А я ведь в Европе считалась известной, мои афиши собирали публику!

– Тебя никто в Сибирь не отправлял – сама поехала, – неожиданно резко сказала Катрин. И вдруг задумалась: – А спрашивается – зачем? Что ты здесь забыла?

Элиза испуганно – так на мгновение показалось Катрин – посмотрела на подругу и медленно, словно отвешивая каждое слово, ответила:

– Вот именно – не сама.

Так пожелал мой меценат, тот, кто с тринадцати лет оплачивал мои занятия музыкой и вообще – всю мою жизнь.

– Кто он? И зачем это ему?

– Я не спрашивала. И вообще – какая разница, кто и зачем?! Платит – и хорошо!

– И за это ты с ним… спала?

– Ты не поверишь, – нервно рассмеялась Элиза.

 – Нет! Вернее, так: всего один раз, после моего первого концерта. Он поздравил меня с успехом, устроил шикарный ужин, а потом все получилось как-то само собой. Но он был очень недоволен, что оказался не первым моим мужчиной.

– А кто же был первым? – лукаво улыбнулась Катрин. – Или это секрет?

– Да никакого секрета! Первым был бывший студент Парижской консерватории по классу виолончели, еврей, на пять лет меня старше. Я у него училась началам игры.