Игра

Взгляд его был устремлен под ноги, пальцами правой руки он теребил конец синего пояса.

– Запомни этот урок, – продолжал старец, повернувшись лицом к адепту, – далеко не всегда можно решить проблемы силами магии, какой силой ты не обладал бы. Могу тебе сказать, что даже моих магических сил не хватило бы на то, чтоб вернуть этот цветок на место.

Удивлению парня не было границ. Он поднял голову и широко открытыми глазами глядел в старческое лицо мага. Тот снова улыбнулся.

– Ты понял этот урок?

– Да Магистр, – снова ответил адепт, опустив взгляд.

– Вот и превосходно, теперь займемся твоей повязкой.

Старец взмахнул правой рукой и из-под того самого куста роз на песчаную тропинку сада выползла небольшая змея с почему-то голубого цвета чешуёй. Она, замысловато извиваясь проползла у ног Магистра и вытянулась в прямую линию образовав своеобразную черту между магом и адептом ордена. Ещё мгновение и змея обратилась в, голубого цвета, ленту, но не такую коей сейчас был подвязан куст с розами, а вдвое шире.

На новой ленте имелось обрамление, вышитое серебренной нитью. Магистр опустился на одно колено и с нежностью взял ленту в обе руки. В такие моменты старец не стеснялся своей увечной левой конечности. Когда маг поднялся, на левое колено опустился молодой парень. Который с данного момента перестал быть адептом. Теперь он был колдуном, возведенным на очередную ступень самим Верховным Магистром Ордена. Маг обвязал голову парня новой повязкой, взял его за плечи и с невозможной для такого старика силой поднял его на ноги.

– Твори во имя жизни, – прошептал Магистр.

Отпустив парня, старец двинулся по тропинкам дворцового сада в сторону своей башни. Когда маг дошел до нее, он обернулся. С холма, на котором стояла его башня хорошо проглядывался весь сад. Молодой парень все еще стоял у фонтана в окружении своих роз. После возведения адепта на более высокую ступень, для парня многое изменится. Как уже изменился цвет его балахона ставший небесно-голубым.

Старец улыбнулся и вошел в башню.

ГЛАВА 2

Будильник, стоящий на тумбе у кровати, ровно в девять утра принялся истошно вопить. Из-под одеяла выползла рука и на ощупь принялась искать его. Попытка оказалась неудачной. Снесенные пластиковые часики со всего маха шлепнулись на пол. Корпус разлетелся на несколько кусков, однако это злейшее из изобретений человека и не собиралось прекращать свою тираду.

– Заткнись! – раздалось из-под подушки.