Игра

– Я вернусь, – улыбнулась Йодис, – обязательно вернусь.

И девушка шагнула в проход, скрывшись из виду.

– Твоя очередь Вальбранд, – с посерьезневшим лицом сказал Верховный Магистр, поднимая руки. Вокруг его пальцев заплясали голубоватые искры. Овал прохода оставался на месте, но невооруженным глазом было видно, что что-то в нем изменилось. Когда метаморфозы кончились Сигвальд опустил руки, спрятав увечную в рукав, и сказал:

– Иди и помни о своих целях. Я возлагаю на тебя большие надежды, и ты должен узнать об этом именно теперь.

– Я не подведу, – ответил Вальбранд и направился к овалу прохода.

– Удачи, – напутствовал Кольбьёрн.

Вальбранд кивнул и шагнул во врата. Ещё мгновение поднятая им со дна озера земля была на поверхности, а потом мокрый песок поглотила вода. Следом за этим исчез и овал прохода.

– В добрый путь друзья, – прошептал Кольбьёрн, опуская натруженные руки.

– Зови своих ребят, – сказал Сигвальд, – пойдем домой. От нас теперь мало, что зависит.

Старец развернулся и зашагал по еле заметной тропинке в сторону замка.

ГЛАВА 8

Небо над головой было голубым и чистым. Порыв легкого весеннего ветерка нёс свежесть и легкие запахи свежей травы и распустившихся цветов. Весна брала своё и уверенной походкой шла по земле. Шевелиться не хотелось, а напротив возникало желание впустить в душу больше тишины и покоя…

– Очнись! – незнакомый голос вытряхнул Радомира из блаженного забытия. Открыв глаза, он увидел перед собой сморщенное, еле различимое во мраке ночи, старческое лицо с протянутыми к парню руками.

– Ты твою мать кто такой? – вырвалось у парня.

– Друг, – откашлявшись, ответил старик, – а друзей о землю не прикладывают. Ты же за прошедшие несколько минут сделал это уже дважды. Но я прощаю тебя, чего не сделаешь ради хорошего человека.

Старик поднялся с земли и принялся отряхивать испачканную одежду.

– Ну, вот опять стирать придётся, – бормотал странный человек пока Радик пялился на него.

– Ты, – он замялся, – прошу прощения, вы кто?

– Дед мороз, – хихикнул старик, – вот только оленей моих ты своими криками распугал.

– Олени у Санты, – поправил Радик.

– Какой такой Санты?

– Клауса.

– Да? – изумился старик, – А кто это?

– Не важно.