Сон, изменивший меня

Настороженно следила за пресмыкающимся, готовая в любую секунду сорваться с места, стоит только той шагнуть в мою сторону.

– Не бойся, дитя, – услышала я мягкий обволакивающий голос. Обернувшись, увидела женщину сарха.

До этого момента мне не приходилось видеть женщин этой расы, поэтому некультурно её рассматривала. На вид ей было не больше сорока. Одета она была в длинный, молочного цвета балахон. Поэтому невозможно было даже предположить, как она сложена. Но вот её внешность меня впечатлила. Большие, слегка раскосые фиолетовые глаза, обрамленные веером густых длинных ресниц, смотрели на меня с добротой и пониманием.

Пухлые алые губы были растянуты в полуулыбке. Темные тонкие брови слегка вздернуты. Прямой аккуратный носик чуть подрагивал, как будто она принюхивалась. Волосы густые, черные, длинные были заплетены в замысловатую косу и росли между наростов, расположенных с обеих сторон головы, как и у мужчин. А на её заостренных ушках красовались несколько сережек, расположенных в ряд сверху вниз.

Заметив, что я её рассматриваю, женщина улыбнулась самой дружелюбной улыбкой. Указав на ящерку, пояснила:

– Это священная ваариша. Её слюна помогает перестроить нейроны мозга для восприятия энергии планеты и простимулировать мозговую деятельность, раскрывая его скрытые возможности.

– Значит, она меня больше не укусит? – с опаской, заикаясь и поглядывая на ящерку, поинтересовалась я.

Та оскалила свои зубки. Стоило ей это сделать, меня как ветром сдуло с кровати.

Спрятавшись за спину женщины, с опаской выглянула.

Увиденное меня шокировало. Она смеялась. Глаза у меня в изумлении расширились. Я даже представить не могла, что ящерицы могут смеяться. Услышав переливистый смех женщины, взглянула на неё. Она тоже смеялась, явно надо мной. Обида заклокотала во мне.

– Не вижу ничего смешного. Она больно кусается, – с обидой пробормотала я. – Кто этих пресмыкающихся знает, может, ей понравилось пить мою кровь.

– Она не пьет кровь, – уже смеясь во весь голос, ответила сарха.

На что я фыркнула, но все же сделала пару шагов к двери, подальше от существа.

– Кто знает эту вараши или вираши? Черт, не запомнила.

– Ваариши, – поправила меня женщина, утирая выступившие от смеха слезы.

«Черт, я что, это вслух сказала», – подумала и покраснела.

Дверь резко распахнулась, чуть не ударив меня. В комнату вошёл он, Сайрах Морано. На нем кроме легких брюк и сандалий ничего не было.