Клептоманка. Надкусанное яблочко

Вдруг среди чистого поля ба-бац… Гром и гроза! И тут в их возок ударила молния, жена испугалась, и начались роды. Родилась у Ганса дочь. Да непростая девочка, а знающая. Агния – из огня рождённая.

– А что она знала? – заинтересовалась Клара.

– А всё знала. Наперёд. Вот должна, например, беда случится, а Агния уже предупреждала. Осторожно! Отца от смерти неминуемой несколько раз спасала.

– Как? – хором спросили дети.

– Однажды Ганс должен был в лютый мороз из Москвы в Тулу ехать, на тульский оружейный завод.

Агния не хотела пускать отца. Он заупрямился, тогда она с ним напросилась, а по пути волки напали на возок.

– И съели их? – выдал средний сын, не подумав.

– Ну, а как бы тогда я появился на свет? И ты? Если бы мою бабушку в детстве съели волки. А? Подумай.

Дети развеселились.

– Тихо, ребята, тихо, а то мама придёт и всем нам задаст. Тсс! Так вот, – понизил голос Пётр. – Агния остановила волков одним только взглядом. Поджали хвосты серые хищники и в лес убежали, голодными.

– А как она сумела? – спросила дочь.

– Никто не знает. Это бабушка хранила в секрете. А когда выросла, она детей лечила, вправляла им вывихнутые ножки, раны заживляла. Вот какая была у вас прабабушка.

Клара заснула, спала тревожно, вздрагивала. Снились ей серые волки, голодные жёлтые огоньки вместо глаз, и будто это она, а не Агния останавливала их взглядом. А потом опять появилась Агния, близко-близко. Посмотрела Кларе в глаза и поцеловала в макушку. Девочка проснулась среди ночи, подушка мокрая, сердце барабанило, как игрушечный солдатик братьев, макушка пылала огнём.

Десять лет пролетело, как один день. Пётр поседел, ссутулился. Объезжал заводы, обходил цеха медленно, степенно, без былой удали. Порядок навёл на предприятиях, сам Демидов не смог придраться. Хоть наследник промышленной империи редко здесь появлялся. Почитай раз в пятилетку или того реже. Он всё больше по столицам, по заграницам, по балам да вернисажам разъезжал.

Ростоцкий свою часть заводов холил и лелеял, технологии усовершенствовал, людишек держал в строгости, у него не забалуешь.

Пушки отливали на зависть французам и шведам. Царь Павел I от войн и земельных притязаний отказывался, но армию содержать всё равно нужно, чтоб басурмане рот не раззевали на Русь. Хвалил, говорят, демидовский арсенал. И Петру было лестно, не зря жизнь положил на военное дело. Не жалел ни себя, ни людей. Давеча накрыл шайку казнокрадов с прииска.

– Ишь, чего удумали! Заменять чистый металл поганым.