Анхен и Мари. Выжженное сердце

Их класс со стройными рядами парт красного дерева, высокими выбеленными потолками, изразцовой печкой в самом углу медленно растаял. Анхен оказалась в тесной комнатушке на окраине Петербурга.

– Я тебе добра желаю, Иван, только добра, – сказал худой мужчина в поношенном сюртуке и погладил по голове мальчика лет десяти.

Мальчик дёрнулся, втягивая голову в плечи, и с опаской посмотрел на руку отца.

– Не бойся, юноша. Читай дальше.

Иван, а это, несомненно, был господин Колбинский, только у него вместо намечавшейся лысины развивались светлые кудри, продолжил чтение.

Он сидел на старом скрипучем стуле – ноги болтались, не доставая до пола – за круглым столом, накрытым пожелтевшей кружевной скатертью. Отец вышагивал вокруг стола, сложив руки за спину, иногда останавливался. Иван боялся поднять глаза, боялся встретить его лихорадочный взгляд.

– Сейчас полдень. Я вернусь на службу, а ты прочтёшь всю книгу до конца и вечером после ужина мне расскажешь.

Папенька уже было собрался уходить, но в дверях остановился.

– Ах, да, совсем запамятовал. Арифметика! Реши задачи с тридцать первой по сорок седьмую страницы. Уразумел?

– Да, папенька, – сказал мальчик, кивая.

Отец ушёл, и Иван вздохнул с облегчением. Расправил стянутые страхом плечи, поднял голову, с ненавистью посмотрел на потрёпанный учебник словесности и отшвырнул его в сторону. Книжка врезалась в стену с полинялыми обоями и рухнула на щелястый некрашеный пол. Корешок надорвался.

Вечером отец сидел за тем же круглым столом с пожелтевшей скатертью и медленно поглощал скудный ужин – засохший кусок колбасы с квашеной капустой, но ел так, как будто пировал с самим императором, церемонно орудуя вилкой и ножом.

После ужина раскурил сигару – роскошь, которую он позволял себе раз в неделю. Иван стоял рядом, навытяжку, не шевелясь.

– Значит, уроки ты не выучил и задачи не решил, – подытожил отец прошедший день спокойным тоном, не предвещавшим ничего хорошего.

– Я устал. Я всю неделю учил. Папенька, у меня голова болит от книжек, – сказал мальчик, поскуливая.

– Я тебе сейчас поведаю кое о чём. Посмотри на меня. Не бойся, подними глаза, Иван. Видишь?

– Что я должен видеть? – наивно спросил мальчик, со страхом поднимая глаза на отца.

– Я – умный. Вот что ты должен видеть! – вскочил отец и с лихорадочным блеском в глазах закричал на сына. – Умный! И ты – неглупый. Весь в меня уродился.

Отец немного успокоился и сел на место.

– А теперь посмотри кругом.